Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

11.04.2019 | Нешкольная история

Тихая музыка прошлого. Часть 2

Жизнь обыкновенного человека

публикация:

Стенгазета


Автор: Маргарита Корнякова. На момент написания работы ученица 11 класса гимназии №3, г. Астрахань. Научный руководитель Людмила Вадимовна Тарасенко. 2-я премия XIX Всероссийского конкурса «Человек в истории. Россия – ХХ век», Международный Мемориал


ЕЩЕ НА ЭТУ ТЕМУ:
Тихая музыка прошлого. Часть 1
Александра Антоновна и Михаил Владимирович всегда стремились дать своим детям хорошее образование. Александра Антоновна, прекрасный врач, хотела, чтобы ее старшие дочки продолжили ее дело. В 1910 году Людмила Михайловна и Анфиса Михайловна отправились на поезде в Санкт-Петербург. Вместе с ними получать высшее образование решила их гимназическая подруга Граня. Хотя все три девушки очень волновались, они прекрасно справились со вступительными испытаниями и были приняты на обучение.
В столице Людмила Михайловна познакомилась с поляком Буйко. К сожалению, не сохранилось даже его имени.

Моя бабушка Татьяна Игоревна говорит: «Я практически ничего не знаю об ее первом муже, Буйко. Он был поляк, как говорила бабушка моя, «шляхтич», то есть польский дворянин. Однако в то время об этом не распространялись, и в нашей семье тоже молчали. И мы почти ничего о нем не знали и тем более не рассказывали никому».

Замуж Людмила Михайловна вышла в 1913 году, когда ей было 19 лет. О своем первом браке она часто говорила, что все предостерегали ее от свадьбы в 13 году – несчастливый год. Но влюбленные махнули рукой на все запреты и суеверия. «Зря, наверное!» – говорила потом об этом Людмила Михайловна.

В то время Буйко тоже учился в Санкт-Петербурге на инженера горной промышленности. Они стали снимать квартиру, где жили вместе с младшей сестрой Людмилы, Анфисой.

Бабушка рассказывала, что Людмила Михайловна очень часто вспоминала один случай из петербургской жизни. Вместе с мужем она любила гулять по городу, ходить в кино и в театр. И однажды, 16 апреля 1917 года, идя по улице, они заметили, что все куда-то бегут. Бабушка вспоминала рассказ Людмилы Михайловны:
«Я смотрю, все куда-то торопятся. «Куда?» – спрашиваю. Кто-то крикнул: «Приезжает-приезжает! На Финляндский вокзал! Идемте встречать!» Все, особенно молодежь, шли на Финляндский вокзал встречать вернувшегося в Россию в пломбированном вагоне Ленина.

Народу было очень много, но Людмила Михайловна и Буйко успели посмотреть на лидера большевиков. Что он говорил, они не расслышали, но Людмила Михайловна часто вспоминала, что все вокруг очень одобрительно реагировали на его слова и постоянными выкриками комментировали его речь. Сам Ленин говорил уверенно, обращаясь к людям, стоящим вокруг него.

Людмила Михайловна не очень жаловала политику и, несмотря на несколько напряженную атмосферу в городе, старалась держаться в стороне от происходящих событий. Но то выступление Ленина всегда вспоминала.

Я спросила у своей бабушки, рассказывала ли Людмила Михайловна о жизни в Петрограде в 1917 году, ведь это была такая судьбоносная для всей страны пора. Бабушка вспоминала, что Людмила Михайловна не раз говорила, что большинство волнений в то время происходило на митингах, о которых она узнавала из газет и расклеенных листовок. В остальном город жил своей прежней жизнью: работали рестораны и театры, люди прогуливались по Невскому проспекту.
Сами революционные события октября 1917 года она не видела. Незадолго до них Буйко окончил институт и решил поближе познакомить своих родственников с женой.

Людмила Михайловна бросила учебу и уехала с мужем в Польшу. Она планировала вернуться и доучиться, но этому не суждено было сбыться.

У Буйко, со слов Людмилы Михайловны, был собственный замок. Родственники мужа очень обрадовались Людмиле Михайловне и тепло ее приняли. Им понравилась воспитанная, образованная женщина, которая прекрасно играла на фортепиано.

Однако во внешней политике происходили серьезные перемены. После выхода Российской империи из Первой мировой войны и подписания Брест-Литовского мира 3 марта 1918 года, Польша объявила о выходе из состава России и о своей независимости. Муж Людмилы Михайловны категорически отказался возвращаться в Россию, а бабушка не могла себе представить, что не будет видеться со своими родными. Так политическая ситуация сделала брак, заключенный в 1913 году, действительно несчастливым.

После развода Людмила Михайловна вернулась в родной город Астрахань. А ее младшая сестра Анфиса выучилась в Петрограде на зубного врача, прошла практику, а потом тоже приехала в Астрахань, где и работала.
Людмила Михайловна хотела закончить образование, но время было слишком неспокойным. Больше всего ее тревожила судьба близких, ведь в Астрахани оставались родители и брат с сестрой, поэтому она решила вернуться домой и устроиться на работу.

К сожалению, прерванное обучение в Петрограде лишало возможности продолжить семейное дело врачей, о чем всегда печально вспоминала Александра Антоновна.

В нашем семейном архиве сохранились в прекрасном состоянии две трудовые книжки моей прапрабабушки, по которым мне удалось достаточно подробно восстановить ее трудовую деятельность.

Моя бабушка, Татьяна Игоревна, вспоминала, как Людмила Михайловна рассказала ей очень интересную историю о своей работе. В 1918–1919 годах моя прапрабабушка стала личным секретарем наркома Наримана Нариманова, занимавшегося активной культурно-просветительской и политической деятельностью в Астрахани. Людмила Михайловна Буйко всегда отзывалась об этом человеке с необыкновенной теплотой.

Нариман Нариманов многое сделал для нашего города: с первых дней своего пребывания в Астрахани начал активно сотрудничать с газетами и самыми разными обществами, заниматься медициной и литературой. Он пропагандировал здоровый образ жизни и соблюдение правил гигиены среди граждан, читал лекции на медицинские темы совместно с астраханскими врачами, помогал бороться с эпидемиями туберкулеза и холеры. Особое внимание Нариманов уделял культурной жизни города. Он был инициатором открытия в Астрахани народных университетов и училищ, разнообразных выставок.
Но работала она у него недолго. Скоро Нариманова перевели на работу в другой город. Прощаясь, он говорил Людмиле Михайловне, что такого секретаря у него теперь уже никогда не будет.

15 апреля 1918 года Людмила Михайловна устраивается на должность регистратора Лесного отдела Горпродкома, а с 1 сентября 1918 года она начинает работу секретарем при отделе Мусульманского военного комиссариата. В феврале 1919 года Людмилу Михайловну повысили в должности, пригласив работать в Губвоенкомате делопроизводителем в Инспекции по сбору оружия. В июне 1919 года она переходит на работу делопроизводителем общей канцелярии отдела снабжения XI Красной Армии.

14 октября 1930 года Людмилу Михайловну назначают делопроизводителем-машинисткой в Калмбазоринское отделение Госбанка. Уже 8 марта 1932 года Людмиле Михайловне Буйко была выписана премия «за добросовестное выполнение работы и аккуратность».

8 октября 1938 года Людмиле Михайловне пришлось временно устроиться в Поликлинику Водздрава. Сейчас это поликлиника Водников, расположенная на улице Урицкого.

Эта поликлиника действует до сих пор. Когда моя мама была маленькой, она лечилась именно там. Мама вспоминала, что там работала врач, которая знала Людмилу Михайловну и говорила, что очень хорошо, что «девочку назвали Людочкой, хотя она совсем на нее не похожа».

В 1920 году Людмила Михайловна знакомится со своим будущим мужем, Константином Алексеевичем Осокиным. В Астрахань он приехал после развода, с тремя детьми – Алексеем, Еленой и Сергеем, которому на момент переезда было несколько месяцев. Их мать никогда не пыталась забрать детей обратно, но всегда поддерживала с ними отношения, присылала на праздники открыточки.
Константин Алексеевич обосновался в нашем городе. Он был юристом, судя по всему, очень образованным человеком и хорошим специалистом.

Людмила Михайловна и Константин Алексеевич познакомились на набережной и с первого взгляда понравились друг другу. Прапрабабушка ценила его образованность и воспитанность. В конце 1920 года они поженились. Воспитанием приемных детей занимались моя прабабушка и няня.

Татьяна Игоревна вспоминает: «Дети Константина Алексеевича не очень любили свою мачеху, но старались не расстраивать отца, хотя особого общения между ними так и не возникло. Даже маленький Сережа, который по своему возрасту не мог помнить настоящую мать, до последних дней относился к Людмиле Михайловне уважительно холодно».

23 октября 1922 года в семье Людмилы Михайловны и Константина Алексеевича случилось радостное событие – родился сын Игорь. Это был единственный общий сын, больше детей супруги не имели. Но рождение Игоря очень сблизило всех членов семьи.

Константин Алексеевич, очевидно, достаточно зарабатывал для того времени, поскольку семья могла себе позволить иметь прислугу, помогавшую по хозяйству и с воспитанием детей.

Александра Антоновна, мама Людмилы Михайловны, к тому времени уже не работала и полностью посвятила себя воспитанию внуков. Татьяна Игоревна вспоминает, что отец рассказывал ей о том, какие интересные сказки рассказывала им бабушка.
Как когда-то и своих детей, Александра Антоновна учила внуков языкам и игре на фортепиано.

В то время проходило «уплотнение» домов, поэтому семья Мономаховых-Осокиных уже не занимала 2-ой этаж в доме на Ташкентской улице. Бабушка рассказывала, что некоторые комнаты были переданы другим семьям. Да и хозяйством они уже занимались без посторонней помощи.

Мне показалось странным, что моя бабушка практически ничего не знает о Константине Алексеевиче. Она говорила, что когда-то видела в книжке запись, сделанную рукой снохи Людмилы Михайловны, где указывается, что Константин Алексеевич умер в 1940 году. Странным показался тот факт, что сын Игорь тоже в свое время ничего не рассказывал об отце. Не увидели мы его и на семейных фотографиях того времени. Продолжив расследование, мы нашли запись в «Книге памяти Астраханской области», которая пролила свет на многие события:

«Осокин Константин Алексеевич (1885–1927) русский, образование: высшее, юрисконсульт Болдинского речного комитета, житель: Астрахани. Осужд. 1927.09.16 Особое совещание при ОГПУ СССР. Обв. в антисоветской деятельности. Приговор: лишен права проживания в крупных промышленных центрах страны на 3 года. Реаб. 1995».

Даты рождения и образования совпадали. Так мы узнали, где работал Константин Алексеевич, и, видимо, настоящую дату его смерти. Никаких документов, подтверждающих его реабилитацию, у нас нет. Но данный факт может объяснить, почему к началу войны дети Константина Алексеевича уже не жили в семье, а были в Баку, у родной матери.

Очевидно, обвинение в антисоветской деятельности тщательно скрывалось в семье, поэтому и Игорь Константинович ничего не рассказывал о своем отце.

Окончание следует









Рекомендованные материалы


Стенгазета

Свои или чужие? Часть 3

Понятие «эвакуированные» для многих из местных было труднопроизносимым и часто в качестве «синонима» использовались слова «жиды», а в лучшем случае «москвичи». В ходе своего исследования я встретила и некоторые другие синонимы, употреблявшиеся местными жителями: «белая кость», «переселенцы», «беженцы» и даже «дезертиры».

Стенгазета

Свои или чужие? Часть 2

Большую же часть эвакуированных обеспечивали жильем за счет уплотнения местного населения. Натыкаемся в архиве на ранее неопубликованные документы: «При вселении в дома по уплотнению, отношение некоторых местных жителей было явно враждебное. Смотрели, как на приехавших из другого государства, которые нарочно приехали – мешать жить». Очень злое отношение.