Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

21.01.2019 | Книги

История одного класса

Что за могучая сила заставила их остаться в России?

публикация:

Стенгазета


Автор: Елизавета Подколзина


Дуглас Смит. Бывшие люди: Последние дни русской аристократии.

Пер. с английского Н. Соколова. М:.Новое литературное обозрение. 2018 

Перевод книги Дугласа Смита “Бывшие люди: последние дни русской аристократии” вышел с опозданием: ещё год назад он бы удачно влился в поток дискуссий и произведений о революции, пусть с Проектом 1917, бестселлером «Империя должна умереть», «Матильдой» его роднит только отправная точка.
Исследование Смита довольно самобытно – это взгляд иностранца на историю нашего дворянства в первой половине XX века. Опираясь на материалы семейных архивов, Смит восстанавливает жизни «лишенцев», «недорезанных», «бывших», пытаясь понять: что за могучая сила заставила их остаться в России? Судьбы аристократических родов Голицыных и Шереметьевых задают оптику всей книге. Их реакция на события была типичной для большинства дворян, одновременно исключительной и обыкновенной. Трагедия пары семей экстраполируется на аристократов всей страны.

Неуникальность подтверждается вкраплением статистики, историй Буниных, Толстых, Волконских, операций и дел ЧК. Из семейной саги рассказ перерастает в масштабное историческое полотно, вторя феномену коллективной памяти. И вновь доказывая: революционные потрясения и годы репрессий уравнивают частную память, переплавляют в общую.   Местами книга напоминает “сводки новостей”, настолько сухим и фактологичным становится язык. Пусть иностранная оптика Смита порой кажется наивной, а замечания очевидными, культурная дистанцированность позволяет охватить общим взглядом Революцию и ее последствия, почти беспристрастно подмечать исторические закономерности.

Дополнительный материал
В серию НЛО “Что такое Россия” в настоящее время входят семь исторических публицистических исследований: от зарождения Московского княжества (“Рождение государства. Московская Русь XV-XVI веков”) и Петровской России (“Петр Первый. Благо или зло для России?”) до XX века - личность последнего царя (“Хозяин земли русской? Самодержавие в эпоху модерна”) и истории Холодной войны “Заклятые друзья. История мнений,фантазий, контрактов, взаимо(не)понимания России и США”.


Тем пронзительнее кажутся штрихи портретов и подмеченные бытовые детали: темная комната в Напрудной башне Новодевичьего монастыря, куда переселили Павла Шереметьева  – “В квартире не было ни туалета, ни раковины, ни плиты, все эти удобства располагались в других постройках монастыря. Зимой в чашках замерзал чай”; затянувшаяся на долгие месяцы жизнь Александра и Любови Голицыных в вагонах товарных составов, идущих по Сибири – “В вагонах было тесно, люди приучались держать руки прижатыми к телу и делать мелкие движения, чтобы не вторгаться в чужое личное пространство”.

Лишь ко второй части книги Смит переносит свой взгляд на жизнь новых поколений оставшихся – больше не имеющих права на достойное существование, за постоянными репрессиями и лишениями пытающихся выстроить новый быт и встроиться в новую жизнь. Так, Таня Трубецкая писала письма Берии с отчаянным и наивным требованием освобождения: “Каким образом ее арестовали как “бывшую княгиню”, если она родилась в 1918 году, через год после большевистской революции? “Мне двадцать лет. <...> Хочется учиться, жить, хочу быть счастливой и радостной как все честные девушки Советского Союза. <...> Я - воспитанница Октября. <...> Единственная моя “вина” в том, что я дочь бывшего князя Трубецкого. Что я Трубецкая”.









Рекомендованные материалы


Стенгазета
13.02.2019
Книги

Вся власть народу

Рейбрук доказывает, что американцы и французы придумали выборы для ограничения демократии (изначально голосовать и избираться могли лишь мужчины благородных сословий) — и предлагает вернуться к жеребьёвке, которая оберегала древних греков от авторитаризма и привлекала к управлению полисами большое количество граждан.

08.02.2019
Книги

Мертвые в Линкольне

Книга родилась из исторической сплетни: во время гражданской войны одиннадцатилетний сын президента Линкольна Уилли умер, а его отец настолько не мог принять потерю, что после похорон вернулся в склеп, достал тело из гроба и обнял его, писала пресса тогда.