Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

14.12.2018 | Книги

Мертвые в Линкольне

На русский язык переведена книга Джорджа Сондерса “Линкольн в бардо”, уже получившая Букера.

публикация:

Стенгазета


Автор: Валентина Тимонина


Джордж Сондерс - Линкольн в Бардо, Эксмо, 2018 г.

На русский язык переведена книга Джорджа Сондерса “Линкольн в бардо”, которая вышла в прошлом году и до сих пор попадает в короткие списки всевозможных литературных премий, одну из важнейших, впрочем, уже получив - Букера.

Джордж Сондерс много лет успешно работал с малой прозой и, когда решился на первый роман, идея которого появилась у него больше двадцати лет назад, подошел нему как к эксперименту: и на уровне истории и на уровне текста.
Сюжет Сондерс взял из исторической сплетни: во время гражданской войны одиннадцатилетний сын президента Линкольна Уилли умер, а его отец настолько не мог принять потерю, что после похорон вернулся в склеп, достал тело из гроба и обнял его. Исторический стержень романа Сондерс укрепляет десятками свидетельств: документами, мемуарами, вырезками из газет того времени, которые создают полную картину тех нескольких дней, когда Уилли умер и был похоронен.

Дальше начинаются фантазии. По идее Сондерса, тогда на кладбище был не только президент, но и сотни призраков, застрявших в бардо. В бардо - промежуточном мире, позаимствованном для романа у буддизма - никто не знает, что уже умер. Каждая душа живет здесь своими последними земными тревогами и эмоциями: кто-то не успел заняться сексом с любимой женой, кто-то передумал завершать самоубийство, кто-то не закончил спор. В этом месте, все людские неврозы выкручены на максимум, эмоции настолько сильны, что влияют на физический облик призраков: тот, кому в последний миг только открылась красота мира, постоянно обрастает лишними глазами, а тот, кому так и не удалось уединиться с женой, вынужден расхаживать по полному скорби месту с двухметровой эрекцией. При ближайшем рассмотрении ясно, что все призраки застряли здесь из-за любви, из-за ее страшного недостатка. Потому, когда они видят, как отец обнимает уже похороненное тело своего сына, в них зарождается надежда, что, может быть, и их еще можно любить.

Сондерс выбрал для этой истории необычную форму: в книге нет главного рассказчика. Повествования нет: нам представлен текст в виде реплик призраков, которые перебивают друг друга, а иногда и просто забывают, что хотели сказать, и в виде отрывков исторических документов, которое зачастую противоречат друг другу. Для тех из нас, кто помнит еще, как читаются пьесы, правила игры станут понятны довольно скоро. Сондерс настолько проработал каждый звучащий в романе голос, что запутаться в них просто невозможно. Особенно ценны аккуратно перенесенные в переводной текст особенности речи, оговорки и ошибки, которые дают роману объемное звучание.

Герои Сондерса без конца говорят о своих страхах, сожалениях, о своей печали. Но сам Сондерс говорит, что на самом то деле, все это — о любви.

СПРАВКА:
Режиссер Грэм Сак для видео-департамента издания New York Times снял по первой главе “Линкольна в бардо” VR постановку. Двигая курсор по экрану, можно погрузиться в суматошную обстановку кладбища, на котором оказался Уилли Линкольн










Рекомендованные материалы


Стенгазета
22.11.2021
Книги

Они пережили первую атомную бомбу

Хроника атомной трагедии, единственная статья, полностью занявшая номер журнала The New Yorker, один из самых влиятельных лонгридов всех времен, — все это «Хиросима» Джона Херси. Легендарный материал 1946 года никогда не издавали на русском полностью, существовали только разрозненные публикации в советских газетах. К 75-летию трагедии издательство Individuum опубликовало первый полный перевод этой журналистской работы.

Стенгазета
27.10.2021
Книги

Аутсайдеры выводят из изоляции

Эдгар Варез бросал парижскую консерваторию, спасаясь от «академической глупости и порока интеллектуализма», а 27-летний Роберто Герхард переезжал из города в город, следуя за своим учителем Шёнбергом. Жан Барраке был интеллектуалом-философом, алкоголиком и возлюбленным Мишеля Фуко, а Джачинто Шельси, граф Д’Айяла Вальва – затворником, запрещавшим фотографировать себя и нанимавшим секретарей, которые записывали ноты его сочинений.