Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

02.11.2015 | Колонка / Общество

Все хоккей

Совсем разрушена худо-бедно существовавшая до недавнего времени общественная конвенция о норме - интеллектуальной, эстетической, этической

Спорт - особенно в государствах, тяготеющих к тоталитаризму, - всегда был чем-то большим, чем просто спорт. Он всегда был делом государственным, международным, глобальным, геополитическим. "Эй, вратарь, готовься к бою. Часовым ты поставлен у ворот. Ты представь, что за тобою полоса пограничная идет" - вот его универсальная формула, впервые прозвучавшая в песне Дунаевского из довоенного кинофильма "Вратарь". Это, как и война, продолжение политики другими средствами.

Я же, как и многие, упорно считаю, что смешивать спорт и политику - это несусветная глупость.
Любопытно, что примерно так же считают и кремлевские пропагандисты, с которыми я, прямо скажем, не часто схожусь во мнениях. Но и тут есть разница. Потому что я так считаю всегда. А они - лишь тогда, когда российская команда проигрывает. А вот когда она выигрывает, они почему-то уже так не считают. Что делать - мир полон неразрешимых загадок и головокружительных парадоксов.

Вот уже несколько дней в интернете бурно обсуждают финал хоккейного чемпионата. И не столько уже сам финал (мало ли какие бывают финалы), сколько то удивительное обстоятельство, что значительная часть российских хоккеистов вполне демонстративно удалилась с поля не слишком, мягко говоря, успешной битвы, не дождавшись церемонии награждения. Ушли прямо во время исполнения канадского гимна. Раньше, говорят, такого не было. Это что-то совсем новое, говорят.
Да уж ладно - новое. Ничего уже не новое. Бытовое хамство как норма публичного поведения, хамство, протекающее с самой крыши и хлещущее с потолка на нижние этажи, давно уже стало чем-то вроде этикетной нормы. Не то чтобы даже изменились представления о приличиях, но само такое понятие, как "приличия", вовсе исчезло из обихода.

И люди в телевизоре, и люди на парламентских трибунах, и первые лица, общающиеся с "партнерами", ведут себя так, как будто бы вокруг них нет совсем никого.

Ура! Гости разошлись. Можно теперь с облегчением, граничащим с восторгом, в драных трениках с тесемками и в линялой майке-алкоголичке, ни от кого не таясь и ничего не стесняясь, расхаживать по дому, ворчливо поругивая докучливых гостей, сладко почесывая задницу, задушевно порыгивая и в голос позевывая от навалившейся вселенской скуки.

Помнит ли кто-нибудь из моих сверстников такую противную аббревиатуру, как МРП?

Если нет, то напомню.
Когда где-нибудь, допустим, за школьным зданием, собиралась компания тринадцатилетних балбесов, выкуривавших одну сигарету на четверых, кто-нибудь вдруг громко во всеуслышание объявлял "Мэрэпэ!". После чего немедленно оглушительно портил воздух под жеребячий гогот собравшихся. "МРП" значило "Милиция разрешила пернуть".

Все крепнет ощущение, что многие, очень многие испытывают настоящую эйфорию по поводу того, что им вполне официально, на самом высоком уровне, разрешили появляться на публике без штанов и гулко издавать нижние звуки за общим столом.

Кажется, что совсем разрушена худо-бедно существовавшая до недавнего времени общественная конвенция о норме - интеллектуальной, эстетической, этической.

И это уже как-то не очень смешно. Потому что копившиеся десятилетиями подлость, трусость, зависть, возведенная в повседневную норму лживость, мрачно сопящая тупость, наступательное невежество, победительная безграмотность, сладострастное и ничуть не скрываемое холопство совсем перестали стесняться самих себя, расправили "упрямые плечи" и с уханьем, с молодецким посвистом двинулись вперед разудалой, пестрой свиньей.
Стесняться-то нечего! Они же нынче, как говорили раньше, в фаворе, а как говорят теперь, "в тренде". Какие вопросы, алё! Милиция разрешила!

Все можно. Хотя и не всем, конечно. А только лишь тем, кто владеет чудесным паролем, кто раньше других успеет выкрикнуть три заветные буквы, служащие и лицензией, и охранной грамотой, и, если угодно, символом веры.

Источник: "Грани.ру", 19.05.2015,








Рекомендованные материалы



Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.


«У» и «при»

Они присвоили себе чужие победы и достижения. Они присвоили себе космос и победу. Победу — особенно. Причем из всех четырех годов самой страшной войны им пригодились вовсе не первые два ее года, не катастрофическое отступление до Волги, не миллионы пленных, не массовое истребление людей на оккупированных территориях, не Ленинградская блокада, не бомбежки городов. Они взяли себе праздничный салют и знамя над Рейхстагом.