Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

16.09.2015 | Колонка / Экономика

Экономить решено на пенсионерах

Стоило бы переименовать Фонд национального благосостояния в Фонд благосостояния путинского окружения, чтобы у населения не было лишних иллюзий.

У российского правительства никак не получается сверстать бюджет на следующий год из-за низких цен на нефть. Доходов катастрофически не хватает, поэтому – хочешь, не хочешь – приходится урезать расходы. По информации газеты «Ведомости», экономить будут на пенсионерах – нынешних или будущих. Высокопоставленные чиновники, на которых ссылается газета, утверждают, что в настоящий момент рассматривается два варианта. Либо не индексировать пенсии даже на 7% (вместо положенных по закону 11,9%, которые составляют официальный уровень инфляции), а ограничиться 4,5%. Либо снова привычно залезть в карман будущих пенсионеров и продлить мораторий на перечисление пенсионных накоплений еще на год.
За первый вариант выступает Минфин, глава которого Антон Силуанов с яростью, достойной гладиатора, бьется с социальным блоком за сохранение накопительного компонента в пенсионной системе и размораживание накоплений граждан. Весенний раунд Силуанов выиграл, добившись от Медведева обещания не только сохранить накопительную систему, но и снять мораторий на перечисление денег в негосударственные пенсионные фонды. Однако еще тогда вице-премьер по социальным вопросам Ольга Голодец предупреждала о том, что вопрос о продлении моратория еще не закрыт, и теперь, когда нефтяные цены не оставляют никаких иллюзий относительно бюджетных доходов в следующем году, социальный блок перешел в контрнаступление.

Голодец утверждает, что деньги, полученные за счет конфискации пенсионных накоплений, позволят индексировать пенсии даже не на 7%, а на 11,9%, что даст возможность правительству выполнить взятые на себя некогда обязательства. Но и у Минфина есть серьезные, главное – новые, аргументы против этого решения. Следование за инфляцией при повышении пенсий серьезно увеличит базу, что будет негативно сказываться на расходах все последующие годы.

Есть еще третий вариант – резко повысить государственные заимствования, но на это Минфин идти пока не готов, резонно опасаясь, что занимать придется под слишком высокие проценты. Да и греческая история заставляет весьма осторожно относиться к быстрому наращиванию госдолга.

Интересно, что пенсионные расходы решено резать в любом случае, варианты сокращения других расходов для балансировки пенсионной системы даже не рассматриваются. Как не рассматривается и вариант использования средств Фонда национального благосостояния, который и создавался-то изначально именно для того, чтобы обеспечивать стабильность пенсионной системы. Понятно, что Сечину с Чубайсом деньги нужнее, чем пенсионерам, но в этом случае стоило бы переименовать Фонд в Фонд благосостояния путинского окружения, чтобы у населения не было лишних иллюзий.

Впрочем, вариант использования средств ФНБ был бы отсрочкой, не более. Росвно такой же отсрочкой, какими являются предложения Минфина и социального блока. Нынешние битвы вокруг индексации пенсий и заморозки пенсионных накоплений прекрасно иллюстрируют подходы нынешнего правительства к решению экономических проблем. Все сидят и молятся на то, чтобы цены на нефть поскорее выросли и в стране снова появились хоть какие-то деньги. Тогда можно будет зажить по-прежнему, вспоминая страшные 2014-2015 годы с некоторой даже бравадой: и это пережили, выстояли. Системного решения на случай, если цены так расти и не начнут, никто уже даже не ищет. И это может оказаться приговором нынешней власти.

Источник: "Ежедневный журнал", 15 СЕНТЯБРЯ 2015,








Рекомендованные материалы



«Кому должен, с тех и потребую»

Это раньше человеку казалось, что даже сфабрикованные обвинения должны содержать в себе какие-то признаки правдоподобия. Что следствие и суд так или иначе должны работать — пусть даже и жульнически — с такой священной юридической категорией, как доказательство.Всего этого нет теперь, даже на декоративном уровне. Вот просто нет, и все.


Субпродукты

Это не язык деревни, не язык колхоза, не язык завода или гаража. Это не язык курилки научно-исследовательского института или студенческого общежития. Это язык той специфической социальной группы, которая и во времена моего детства, и во времена моей молодости концентрировалась в непосредственной близости к пивному ларьку.