Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

15.06.2012 | Колонка / Общество

Головы и стенки

А еще много говорят об оптимизме и пессимизме

В последнее время часто говорят, что слабость нынешнего протестного движения не только в его относительной малочисленности, но и - что главное - в отсутствии внятного дискурса, внятного языка, внятных требований. Что эмоции часто преобладают над разумом. И что вообще головой стенку не прошибешь.

Все правильно. Особенно про голову и стенку. Стенки не прошибаются головами - это верно. Стенки, как показывает исторический опыт, рушатся сами. Уж, казалось бы, что могло быть прочнее Берлинской стены в ее зловещей безысходности. Но и она рухнула в одночасье. А головы, особенно продуктивные, принято использовать для иных целей.

Ну, и про язык тоже все правильно. Но язык протеста формируется прямо на глазах. Формируется не в академическом пространстве, а буквально на улице. Язык - это явление не только вербальное. Существует язык поведенческого жеста, его словарь, морфология и синтаксис. И этот язык, повторяю, формируется в наши дни. Во всяком случае, на некоторые высказывания, часто и вовсе не вербальные, мгновенно реагирует власть, весьма, надо сказать, оперативно отвечая на своем языке - на языке дубинок, автозаков, полицейских протоколов, изумительных в своем запредельном идиотизме кадровых решений.

Говорят: "Ну какой толк от этих бессловесных бульварных прогулок, мобильных лагерей и легкомысленных белых ленточек, если неясен смысл самих этих посланий?" Так именно что он ясен, этот смысл! А в ином случае власть не отвечала бы на эти послания так, как только она и умеет отвечать.

Смысл этих высказываний еще и в том, что они предельно обнажают дискурсивный ресурс власти - убогий, косноязычный, беспомощный и, в общем-то, бесперспективный. "Ничего себе беспомощный, - говорят, - когда у них дубины, а у нас только головы!" Но именно в этом как раз и дело, что у них дубины, а у нас головы.

А еще много говорят об оптимизме и пессимизме. И правильно говорят. Вот и мой друг недавно напомнил мне о том, что однажды я ответил ему на какой-то из его аргументов в одном из наших бесконечных споров (не помню, о чем, да и неважно в данном случае). "То, что ты говоришь, - сказал я ему, - слишком бесспорно для того, чтобы это было именно так". Это я к тому, что скептиком и пессимистом в наши дни быть легче и, главное, надежнее и респектабельнее, чем быть оптимистом. Видимо, именно поэтому я оптимист. То есть просто потому, что это рискованнее, а потому - интереснее.  



Источник: "Грани.ру", 29.05.2012,








Рекомендованные материалы



«Кому должен, с тех и потребую»

Это раньше человеку казалось, что даже сфабрикованные обвинения должны содержать в себе какие-то признаки правдоподобия. Что следствие и суд так или иначе должны работать — пусть даже и жульнически — с такой священной юридической категорией, как доказательство.Всего этого нет теперь, даже на декоративном уровне. Вот просто нет, и все.


Субпродукты

Это не язык деревни, не язык колхоза, не язык завода или гаража. Это не язык курилки научно-исследовательского института или студенческого общежития. Это язык той специфической социальной группы, которая и во времена моего детства, и во времена моей молодости концентрировалась в непосредственной близости к пивному ларьку.