Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

31.12.2010 | Колонка / Общество

Щелкунчик или Мышиный король?

Этот текст должен по идее быть новогодним

Этот текст должен по идее быть новогодним. Поздравительно-пожелательным. Итоговым, со всякими надеждами, а то и радужными прогнозами. И я не знаю пока, чем я этот текст закончу. Очень хотелось бы закончить его чем-нибудь оптимистическим. По крайней мере я надеюсь, что это получится, что вырулю как-нибудь к "позитивчику".

А пока ничего особенно радостного в голову не лезет. Мягко говоря. Нет, в сугубо личном плане ничего дурного вроде бы не было. Все живы. Сумели пережить и то, и другое, и третье. Чего стоит хотя бы прошедшее инфернальное лето.

А вот то, что происходит вокруг, вгоняет в тоску. И главным чувством, заглушающим все прочие, выступает жгучий стыд.

Первый раз я такое ощутил еще очень молодым человеком, узнав, что советские танки вошли в Прагу. Чуть позже я и мое тогдашнее окружение научились воспринимать окружающую нас советскую жизнь как чисто климатическое явление, на которое мы влиять не можем, а защищаться можем и должны. Мы родились и выросли в этом "климате", а потому не ощущали себя ответственными за происходящее вокруг. Были "мы", и были "они". И "мы" с "ними" не чувствовали себя связанными какими бы то ни было обязательствами. Юношеская бессильная ярость сменилась постепенно устойчивой брезгливостью. Именно это чувство удерживало каждого из нас от того, чтобы даже пытаться приблизиться к "ним" на расстояние различения запаха. Так и жили. И жили, по моим сегодняшним ощущениям, совсем не плохо - весело, дружно и творчески напряженно.

То, что теперь, возникло на наших глазах и, в общем-то, при нашем попустительстве. Чего-то мы не сделали. Что-то проморгали. В чем-то проявили душевную и интеллектуальную лень. Не знаю, кому как, но мне лично кажется затруднительным вполне дистанцироваться от происходящего. И это мое ощущение вполне разделяется многими из тех, с кем мне приходилось общаться последнее время.

В общем, стыдно. Стыдно, что во главе огромной страны каким-то непостижимым, казалось бы, образом оказались люди с повадками окраинной шпаны, с кругозором инспекторов паспортного стола и с моралью лагерных сявок.

Стыдно, что мы очутились в том финале известной рождественской сказки, где Мышиный король оказался победителем Щелкунчика.

Как одним словом определить то государство, в котором мы с вами живем?

Авторитарное? Авторитаризм так или иначе родственен слову "авторитет". А тут...

Фашистское? Нет, фашистские режимы базировались на некоторой сильной, хотя и преступной идее, овладевшей массами. Фашистские режимы были по-своему честны и никогда не притворялись какими-либо другими. На этой своей честности, кстати, они и погорели.

Нынешнее российское государство никаким кроме как хамским назвать не удается.

Это хамское государство, где хамы, дорвавшиеся до власти, заговорщицки подмигивают другим хамам, которых в стране, история которой упорно подменяется географией, в избытке и которые имеют обыкновение гордо позиционировать себя как "народвстающийсколен", где хамские барачные нравы возводятся в ранг светского или дипломатического этикета, где главными интеллектуалами, творцами "смыслов", "стратегий" и прочих вечных двигателей внутреннего и внешнего сгорания числится нахрапистое жулье наподобие Суркова или Петрика. Платоны-невтоны, чо!

Стыдно быть свидетелями и, увы, участниками этого разухабистого и необычайно бездарного действа, этой нескончаемой "Собачьей свадьбы в Малиновке".

Ну, вот, скажите на милость, как мне теперь переключаться на новогодние регистры? Попробую все же.

Я от души желаю всем нам не только удачи, здоровья и бодрости, но и способности к сопротивлению, потеря которой была бы уже настоящей катастрофой. Каждый сопротивляется как умеет - в соответствии со своим темпераментом, душевными наклонностями, нравственными и интеллектуальными императивами. Я говорю именно о сопротивлении, а не о борьбе. Сопротивление может принимать и форму более или менее активной борьбы. Но я не люблю борьбу, я ей не верю. Борьба предполагает победу. А победитель далеко не всегда сохраняет в себе тот же набор чувств и свойств, с какими он вступал в борьбу. Сопротивление надежнее и важнее, по-моему. Потому что важнее всего никому и ни при каких обстоятельствах не позволить внушить тебе, что между нормой и патологией нет никаких различий.

Потому что душевное и нравственное здоровье каждого из нас, как и физическое здоровье, напрямую зависит от сопротивляемости организма. Потому что чувство гигиены - одно из важнейших и спасительных для цивилизованного человека.

А сегодня я желаю всем радостного, веселого и по возможности беззаботного праздника. Остальное - потом.



Источник: Грани.ру, 30.12.2010,








Рекомендованные материалы



Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.


«У» и «при»

Они присвоили себе чужие победы и достижения. Они присвоили себе космос и победу. Победу — особенно. Причем из всех четырех годов самой страшной войны им пригодились вовсе не первые два ее года, не катастрофическое отступление до Волги, не миллионы пленных, не массовое истребление людей на оккупированных территориях, не Ленинградская блокада, не бомбежки городов. Они взяли себе праздничный салют и знамя над Рейхстагом.