Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

17.11.2010 | Кино

Корейские стихи

Немного нудная корейская жесть про старушку с болезнью Альцгеймера

Новый фильм Ли Чан-дона («Оазис», «Тайное сияние») начинается со стандарта корейского кино — в небольшом безымянном городке топится старшеклассница в белой рубашке. Из дневника покойной полиция, пресса и администрация школы узнают, что девочку регулярно насиловала дружная компания школьных активистов, имевшая доступ в вечно пустой кабинет химии. Родители провинившихся пытаются замять дело, выплатив компенсацию матери покойной, дело стопорит лишь бабушка увальня Вука — у нее совсем нет сбережений. Надо сказать, что бедность — далеко не главная проблема пенсионерки Мии: ей только что поставили диагноз «болезнь Альцгеймера», она уже полгода как забывает существительные, скоро очередь дойдет и до глаголов, а там рукой подать до старческого слабоумия. Впрочем, режиссер уже сейчас выставляет героиню дурочкой — в неуместном цветастом платьице и кружевной шляпке, вечно погруженная в смутное сострадание миру вокруг Мия выглядит блаженненькой в глазах всего городка. Мало того — услышав приговор врачей, она немедленно идет записываться в поэтический кружок.

Поэзия разных сортов — от матерных частушек чувствительного милиционера до возвышенной лирики женщин в шелковых платьях — заполняет практически полтора часа этой довольно продолжительной ленты. Высидеть это время — дело чести для всякого порядочного синефила: понятно, что корейские стихи (на слух — белые), переведенные с английских титров, по-русски прозвучат как невнятный результат автоматического письма, а горькие обстоятельства жизни теряющей разум пенсионерки (поганая молодежь, тяжелая работа патронажной сестры, сексуальные домогательства помирающего клиента) уныло совпадают с деталями десятка других аналогичных фильмов. Пик когнитивного диссонанса приходится на эпизод, в котором Мия, отчаянно ждущая вдохновения, пытается записать стишок о дожде — но стихия опережает, капли сами ложатся на страницу.

Сними такое, скажем, Вера Сторожева, противная всякой пошлости русская критика растерзала бы ее на клочки.

Терпеливые будут награждены в финале, когда Ли Чан-дон, словно проснувшись, вдруг демонстрирует отличную форму и хороший вкус. Предсказуемый анхеппи-энд наступает медленно, крадучись, с отлично просчитанным саcпенсом и главное — с поэтичностью, совершенно неожиданной для этого довольно безжалостного режиссера.



Источник: Time Out, 12 ноября 2010 ,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
08.05.2020
Кино

«Голос» на минималках

Сознательно или нет в «За мечтой» Фаннинг повторяет рисунок своей роли из фильма «Неоновый демон». В центре сюжета ее героиня, покоряющая в «Демоне» модельный бизнес, в ленте Мангеллы – музыкальный. Актриса эксплуатирует образ Джесси – своей героини из «Неонового демона». Неопытная, отстраненная, с отрешенным взглядом и минимумом мимики начинающая звезда. «Замороженность» Фаннинг здесь кстати, но ощущение, что мы где-то это уже видели, не покидает.

Стенгазета
13.03.2020
Кино

«Красивый, плохой, злой»: злой эксперимент над зрителем

Тед Банди — самый страшный маньяк в истории США. И возможно самое страшное в нем то, что он невероятно харизматичен и красив. Так будут говорить о нем его бывшие работодатели, девушки, увидевшие его по телевизору. Так будет считать и зритель, периодически начиная Теду Банди (Заку Эфрону) доверять.