Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

08.09.2009 | Колонка / Общество

Кому досталась плесень

Ни на уровне политических лидеров, ни на уровне политрешений современная Россия пакт Молотова – Риббентропа не осуждала

Бедный, бедный полковник Ковалев. Сейчас безвестный сотрудник института Военной истории Министерства обороны кусает локти от бессилия и досады. В начале июня он, чья статья в «Военно-историческом журнале» была размещена на официальном сайте Министерства обороны, оказался в центре скандала. А ведь полковник первым уловил, куда направлены незримые флюиды российского начальства, и подготовил замечательный текст, доказывавший, что Польша сама виновата в том, что на нее напала фашистская Германия. Надо сказать, что в тот самый момент этот, несомненно, новаторский взгляд на историю шокировал. Статью быстро с сайта убрали (самое время вернуть) и, подозреваю, самому полковнику досталось на орехи.

Кто же знал, что статья Ковалева – это ровно то, что требовалось официальным пропагандистам. Потому что им было велено доказать недоказуемое: пакт Молотова - Риббентропа был неизбежен из-за корыстной империалистической политики Англии, Франции и, конечно же, самой Польши.

Бедному Сталину просто не оставалось ничего другого, как вступить в Польшу, которая уже две недели сопротивлялась фашистской агрессии, и оттяпать от этой страны кусок (ведь сама Польша точно так же заняла области в Чехословакии). А потом просто не было иного выхода, как уничтожить несколько тысяч польских офицеров. А потом попытаться объяснить эту гнусность делом рук немцев. А потом объявить, что все попытки поляков добиться, чтобы современная Россия выразила к этому ясное отношение, являются просто фальсификацией истории и проявлением исконной польской русофобии.

Жалкие плагиаторы из ведомства г-на Суркова нагло присвоили разработки обруганного полковника Ковалева и  поставили их на службу России (наверняка ничего не заплатив автору плодотворной дебютной идеи). С несколькими интерпретациями этих разработках мы познакомились через спецфильмы НТВ и РТВ. На меня же наибольшее впечатление произвела продукция Первого канала. Для оживляжа уже набившей оскомину версии в фильме был использован неожиданный прием. Артистов загримировали под Гитлера, Сталина, Ворошилова и прочих персонажей исторической драмы. Казалось, что авторы должны пойти по накатанному пути: разыграть свое вранье, как пьесу, чтобы сделать все более достоверным. Но ничуть, актеры были засняты в виде замерших восковых фигур или манекенов (признаться, до сих пор не уверен, были это манекены или все-таки живые люди), а диалог между ними проходил с помощью закадрового голоса. Казалось, что авторы опасаются, что даже актеры, открыв рот, могут ненароком сказать правду.

Во всей этой фантасмагории была только одна интрига. Аналитики гадали: что же все-таки нацлидер Путин В.В. собирается говорить в Польше. Конечно, орлу нашему все божья роса, но, согласитесь, было бы все-таки странно явиться отмечать в другую страну годовщину национальной трагедии и объявить, что эта страна во всем и виновата.

Как водится, действительность превзошла все ожидания. Теперь нет никаких сомнений, что российские лидеры потеряли всякое ощущение разницы между собственным враньем и реальностью.

Так в ходе переговоров с польским коллегой Владимир Путин заявил (его же научили когда-то, что ни в коем случае нельзя молчать в ответ на любые претензии), что готов обеспечить доступ польских исследователей по Катыни к российским архивам в том случае, если Варшава обеспечит такой же доступ россиянам к своим архивам. При этом нежелание снять гриф секретности с архивов по Катыни можно объяснить только одним: не хотят назвать имена палачей, то ли еще живых, то ли приходящихся родственниками нынешним начальникам. По иронии судьбы, именно в этот момент в Москве проходила пресс-конференция историка в штатском отставного генерал-майора ПГУ Льва Соцкова, который выполняет роль составителя рассекреченных по случаю документов, должных доказать правдивость генеральной линии. Так вот вышеозначенный Соцков, историк, не зная еще о хитром ответном ходе главного начальника, заявил, что польские архивы ему в общем совсем не интересны.  По словам Соцкова, нынешнее польское руководство не располагает подобными документами, так как нацисты в годы войны вывезли все польские архивы. "Подобные документы могут быть в США или Англии", - предположил генерал. "Думаю, что полякам надо радоваться, что мы предоставляем возможность ознакомиться с этими документами", - сказал Соцков. Думаю, Соцкову и прочим давно ничего не интересно. Все ответы они знают заранее.

Дальше-больше. Вопреки путинским понятиям о том, как должны вести себя настоящие пацаны (и девчонки, если иметь в виду Ангелу Меркель), все вдруг начали каяться и говорить об ответственности собственных стран.

Ну с Меркель все понятно, но тут вот польский президент Лех Качиньский взял да и признал ответственность Польши и других стран  Европы за косвенное поощрение фашистской Германии к агрессии: «Конечно, участие в том, что задумал Гитлер, в частности, в разделе Чехословакии,  -  это  наш  грех.  Мы  с  трудом  можем  рассчитывать на прощение". В этой ситуации говорить, что во всем виновата Польша, было как-то глупо. И Путин принялся на ходу импровизировать (допустить, что этот текст написан заранее, значит, согласиться с полной потерей квалификации премьерских спичрайтеров): «Государственная  дума  РФ,  парламент  страны осудили  пакт  Молотова - Риббентропа.  Мы  вправе ожидать того, чтобы и в других странах, которые пошли на сделку с нацистами, было это тоже сделано. И не на уровне заявлений политических лидеров, а на уровне политических решений". Прозвучало красиво. Но все дело в том, что ни на уровне политических лидеров, ни на уровне политических решений современная Россия пакт Молотова – Риббентропа не осуждала. Он был осужден, но только Съездом народных депутатов СССР в 1990 году. А это, как ни крути, была не Дума, не Россия, это был квази-парламент СССР - другого государства. Честно сказать, я не доверился собственной памяти. Но все эксперты, с которыми мне удалось связаться, подтверждают: вопреки заявлению Путина, российская Госдума НИКОГДА  не осуждала сговор Сталина с Гитлером.

Долгие годы абсолютного контроля над послушным телевидением обернулись тем, что российский нацлидер и его сотрудники всерьез уверились: они могут по собственной воле конструировать не только настоящее, но и прошлое.

Вопрос в том, кому адресовано это откровенное вранье. Жителям России? Так они и без того верят, что Вторую мировую развязала Германия вместе с Францией, Англией и Польшей. Хотим доказать свою правоту Европе? Но там прекрасно знают настоящую цену путинским словам.

Находясь в Польше, российский премьер использовал сложные многослойные образы (чувствовалось дурное влияние Натана Дубовицкого): «Если мы говорим об объективной оценке истории, мы должны понять, что она не имеет одного цвета. Она была многообразной, и ошибок было наделано со многих сторон огромное количество. И все эти действия, так или иначе, создавали условия для начала крупномасштабной агрессии нацистской Германии. А если кто-то ставит перед собой цель выискивать из этой старой и уже заплесневелой булки какие-то изюминки для себя, а всю плесень оставлять для одной участницы этого процесса, то ничего хорошего из этого не получится». Проблема в том, что все, за исключением российского руководства, так или иначе, разобрались со своим историческим прошлым и отмежевались от него. Но только российские начальники почему-то продолжают считать себя наследниками Сталина. Посему нам всем, не только им, достается мерзкая плесень.



Источник: "Ежедневный журнал", 02.09.2009,








Рекомендованные материалы



Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.


«У» и «при»

Они присвоили себе чужие победы и достижения. Они присвоили себе космос и победу. Победу — особенно. Причем из всех четырех годов самой страшной войны им пригодились вовсе не первые два ее года, не катастрофическое отступление до Волги, не миллионы пленных, не массовое истребление людей на оккупированных территориях, не Ленинградская блокада, не бомбежки городов. Они взяли себе праздничный салют и знамя над Рейхстагом.