Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

01.04.2009 | Кино / Общество

Согласие и единство

Никита Михалков вновь призван править Союзом кинематографистов

Никита Михалков, безусловно, боец, в этом качестве ему не откажешь. Чрезвычайный съезд, созванный по его председательской воле, проходил гладко, споро и спокойно. Сторонники Хуциева в большинстве своем на него не пришли. Зато сторонники Михалкова организованно и дружно обеспечили согласие и единство.

Никакого другого лидера они не видят и потому с разной степенью эмоций попросили Михалкова не оставлять стараний и не уходить из союза. Михалков подумал и остался.

К десяти утра перед входом в Гостиный двор собралась длинная очередь из кинематографистов. Кто эти люди, откуда они, что им надо? -- думали удивленные прохожие, привыкшие под словом «кинематографисты» понимать исключительно звезд экрана. Но среди членов СК РФ не так много известных лиц и имен. К тому же большинство собравшихся приехали из регионов, которые имеют свои представительства и отделения. Из Петербурга прибыла самая многочисленная делегация -- 500 человек. Всего же из 4923 членов зарегистрировалось 2570, то есть 52,2%. Как объяснил собравшимся адвокат Павел Астахов, «нет ничего более мудрого и совершенного, чем общее собрание», а принцип демократии -- «подчинение меньшинства, как бы оно ни было недовольно», большинству. Для тех, кто сомневался, накануне, в субботу, Михалков создал совет старейшин, объявленный высшим органом союза. Туда вошли: Генрих Боровик, Вера Васильева, Владлен Давыдов, Юрий Каюров, Зинаида Кириенко, Геннадий Полока, Ирина Скобцева-Бондарчук, Михаил Шатров и другие.

Старейшины, от лица которых выступил Михаил Ножкин, внесли предложение назвать съезд объединительным, а у «нанятых провокационных личностей, которые за небольшую плату готовы большой шухер, большую склоку внести в наши ряды», микрофон отбирать.

Вообще казалось, что Михалков и его сторонники ждали от оппозиции какой-то особой агрессии. Подготовились тщательно. Охрана сидела в проходах, готовая вывести тех, кто начнет «хамить и вносить склоку». Но все сидели тихо: и пожилые бородатые кинематографисты, и молодые люди в деловых костюмах, и студенты ВГИКа, и журналисты... Корректно и сдержанно аплодировали. Поднимали мандаты, некоторые целыми пачками. Все было хорошо.

Михалков сделал доклад, в котором, как и обещал, ответил на все претензии. Слайды с претензиями выводились на экран, и на каждую давался более-менее подробный ответ. Кому интересно, есть стенограмма съезда на сайте polit.ru. Если очень коротко, то суть доклада свелась к тому, что Михалков не виноват, а если виноват, то не он один. Что только благодаря ему Музей кино вообще сегодня еще существует, что лично он принес СК РФ 6 млн долл. за проданный «Киноцентр», потому что никому не удалось бы получить больше. Что главные завоевания его правления -- сохранение целостности СК РФ и отсутствие у него долгов. Что против него ведется информационная война -- не бесплатно, конечно, а примерно за полмиллиона долларов, которые его противники понятно где взяли.

Что касается войны, то это не наблюдение лично Михалкова -- по его просьбе проверку произвели некие эксперты. И вот их заключение: «Анализ публикаций в столичных газетах и интернет-изданиях позволяет говорить о факте проведения заранее спланированной информационной войны... Непосредственный запрос на размещение материалов прошел в декабре 2008 года. Базовым изданием была выбрана газета «Московский комсомолец». Появившиеся в том же издании в начале февраля 14 тезисов Матизена являются заголовочными элементами большой пиаровской разработки, «склелетом», на который исполнители заказчика наращивали «мясо» информационной войны, которая отличается четкой структурой и ясным целеполаганием».

Вот и спрашивает Михалков: «Откуда у кинематографистов такие деньги? Я не думаю, что они появились в результате призыва Матизена на сайте кинокритиков приносить кто сколько может в комнату №8 для борьбы с Михалковым... А вот то, что он сообщил другой счет, чтобы собирать деньги, с реквизитами, это точно. И счет этот находится в Нью-Йорке. В Нью-Йорке, в Нью-Йорке есть счет для того, чтобы решать проблемы Союза кинематографистов России». Насколько известно, деньги некоторые члены Гильдии критиков действительно собирали, а счет, номер которого давал Матизен, принадлежит казначею гильдии Татьяне Муштаковой, открыт в Росевробанке, и никаких денег, кстати, на него не поступало.

Но это уже детали. Поскольку главная задача прослеживалась отчетливо -- поставить всех, кто вел борьбу против Михалкова или просто поддерживал Хуциева, под подозрение. Например, главный редактор журнала «Искусство кино» Даниил Дондурей, оказывается, сдает в аренду помещения, выделенные для редакции на безвозмездной основе союзом, а выручкой не делится. Андрей Герасимов, директор Высших режиссерских курсов и председатель ревизионной комиссии, не слишком лестно на VII съезде охарактеризовавший деятельность михалковской команды, тоже был обвинен в махинациях с деньгами, которые взимаются за обучение, при том, что аренду за помещение курсы не платят.

Но главное даже не в этом -- те, кто голосовал против Михалкова на VII съезде (а их было 349 человек), в его интерпретации были представлены не только как корыстные бузотеры, но и как очень маленькая группа очевидных идеологических противников и врагов российской государственности.

Марлена Хуциева, которого эти люди "обманули", Михалков чрезвычайно ценит и уважает и даже сам предложил его кандидатуру в председатели, честно выполняя свое обещание: если Хуциева выберут на законном съезде, он склонится перед волей большинства. Но вот те, кто "подставил" Хуциева, вызывают у Михалкова негодование. Это они «не хотят и не могут одним взглядом бесконечной своей родины ощутить ее красоту, возрадоваться тому, что она у них есть». Это они совершили попытку «рейдерского захвата» с целью «установить либерально-атлантическую диктатуру». И этих людей нужно изгнать из союза.

Вся эта риторика была встречена с одобрением и уж во всяком случае явного протеста у большинства собравшихся не вызвала. А после окончания двухчасового доклада часть публики не ограничилась аплодисментами, приветствовав своего лидера вставанием. Михалков был благодарен и прослезился. А старейшины потребовали доклад не просто принять к сведению, но и одобрить. Замелькали мандаты.

Выступления в прениях поражали единством. Записавшиеся для выступлений первыми практически все принадлежали к активным сторонникам Михалкова: Бородянский, Ливанов, Никоненко, Верещагин. А Карен Шахназаров первым предложил избрать Михалкова.

Остальные его поддержали, при этом Николай Бурляев вопрошал: «Кто может заменить на этом посту моего друга!» А эмоциональные актрисы очень Михалкова жалели. Любовь Виролайнен сказала, что «как бы ни плевали на солнце, солнце остается солнцем», а Ирина Мирошниченко назвала Михалкова «духовным лидером» и просила от имени собравшихся прощения.

От оппонентов выступил Виктор Матизен, который за отведенные ему благородно восемь минут (остальным давали не больше семи) попробовал отвести некоторые обвинения и предложил делегатам признать полномочия Хуциева. В зале замахали мандатами, ведущий собрания Евгений Герасимов спросил, кто против, голосов не считали, было объявлено, что против большинство.

Много говорить не дали -- приняли решение ограничить число выступавших теми, кто записался среди первых.

И приступили к голосованию. За Михалкова проголосовали 1932 человека (за Хуциева -- 309). И новый старый председатель немедленно приступил к формированию нового правления. Туда вошли те, кто так активно поддержал его выступлениями, а в качестве лидера молодежи Михалков предложил Федора Бондарчука, которого, впрочем, еще надо принять в союз.

А вот те, кто принимал активное участие в "незаконном" декабрьском съезде, кроме Хуциева и Месхиева, должны на три года быть отстранены от всех должностей в союзе.



Источник: "Время новостей" № 53, 31.03.2009,








Рекомендованные материалы



Блеск и нищета российской дипломатии

Это сущие цветочки по сравнению с прозвучавшими заявлениями о том, что Москве еще предстоит решить историческую проблему и объединить разделенный русский народ. Тот, кто произносил это, или не знал, или не смущался тем, что практически дословно цитирует Гитлера. Другой участник дискуссии вполне всерьез говорил, что России следует задуматься, какую политику проводить на территориях, которые будут присоединены в будущем.


Очередь за очередью…

Советский человек должен стоять в очереди. Потому что очередь — это самая устойчивая, самая несокрушимая модель общественного устройства. Потому что новые граждане первого в мире социалистического государства, в одночасье лишенные привычного и рутинного церковного «стояния», все равно должны были где-то «отстоять службу». Так что в феномене «очереди» можно усмотреть также и квазилитургическую составляющую.