Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

08.12.2008 | Книги

Философия кокетства

Жанр книги Марины Палмер о танго – нон-фикшн, иногда с привиранием

"Я обратила внимание на лица. Практически все женщины танцевали с закрытыми глазами, и на губах каждой блуждала чудесная улыбка. Мужчины же были серьезны. Лишь время от времени лбы их разглаживались, и тогда казалось, будто они внезапно взмывали на седьмое небо. Иногда все это сопровождалось непонятной ухмылкой, а один раз даже смехом. Интересно, что здесь происходит? Что все это значит?"

Марина Палмер, жительница Нью-Йорка, уехавшая в Буэнос-Айрес ради танго, рассказывает о своих чувствах при первом посещении милонги. Действительно, пусть она нам расскажет, что здесь происходит.

Во-первых, мы сможем кое-что узнать о Буэнос-Айресе – а люди там, судя по рассказам, живут очень хорошо и друг друга совершенно не мучают (если вынести за скобки полицейских и военных). Во-вторых, мы сможем узнать о танго все и даже больше – жанр книги нон-фикшн, иногда с привиранием.

И Палмер действительно кое-что рассказывает о Буэнос-Айресе – о виде улиц, об обстановке в кафе, о манерах прохожих и таксистов, о культе Карлоса Гарделя. И, разумеется, о милонгах - "Рефази", "Вируте", "Глориэте" и пр. И действительно излагает кое-какие правила танго — "этикет требует, чтобы танду, серию из трех или четырех танцев, девушка танцевала только с одним партнером и только потом сменила его. И ни при каких обстоятельствах нельзя благодарить партнера до конца танды, иначе он страшно обидится". В конце книги даже есть словарь слов и выражений - например, "bronca - смешанное чувство злости, разочарования и бессилия, которое ежедневно испытывают аргентинцы" или "cabezeo - знак приглашения на танец: мужчина едва заметно кивает женщине, находясь от нее на другом конце танцпола", или "piel - кожа; фигурально - притяжение. Если у вас с партнером "общая кожа" — вы в раю. Если же нет - в аду". И даже мини-справочник "Все о танго, или наиболее часто задаваемые вопросы".

Но хотя "суть танго", по словам Палмер, "заключается в желании заполучить нечто и в понимании, что получить это на самом деле невозможно!" – всю книгу она будет стараться заполучить "это" – а именно партнеров по танцу.

В какой-то момент мы даже узнаем, что это и есть наша цель — "найти идеального партнера. В которого я могла бы влюбиться". И, через несколько страниц: "Меня сжимал в благоуханных объятиях самый притягательный властелин танцпола в этом зале. Может быть, это и есть тот, кого я ищу, мой Будущий Партнер?". Тут мы начинаем подозревать, что это книга не о "сути танго", а о романтической любви. А иногда не такой уж романтической: решаясь на очередное соитие, Палмер заявляет: "Если все равно не получится одержать над мужчиной верх, почему бы не покувыркаться с ним в стогу сена? Вот моя философия". Увы, и это тоже не ее философия.

Ее философия – и не строгость танго, и не сеновальные радости, а кокетство. Ей хочется нравиться – и в милонге, и в постели, и на сеновале (при этом, судя по книге, это девица раздражительная, вздорная и глупая).

Иногда эта победа кокетства происходит с замечательной наглядностью: "Во время перерыва ко мне подошла одна бразильянка и сказала: "У вас есть то, что называют "angel", дар. Храните его, дорогая моя". Услышав это, я чуть не разрыдалась. Для меня нет ничего приятнее, чем слышать комплименты от женщин, ибо для них не существует никаких скрытых мотивов. Конечно, вовсе не лишне услышать похвалу и от мужчины".

При чтении этой книги стоит иногда вспоминать знаменитый фильм Салли Поттер "Уроки танго", в котором персонажи понемногу учатся отделять танго от романтических и половых забот и начинают понимать, что такое строгость искусства. В самой Палмер нет ни грана строгости и точности, поэтому она ничему не учится, хотя и повторяет множество мудрых рецептов – и ни ей, ни, вслед за ней, нам так и остается не видна та реальность, в которую она не попадает.

Танго (как почти все возвышенные занятия) устроено так, что тому, кто стоит на низшем уровне, только низший уровень и виден, – и к Палмер вся местная публика поворачивается соответствующей стороной: своих любовников она описывает как череду небесно-красивых, похотливых и обидчивых импотентов, психопатов и идиотов.

Но были ли они такими на самом деле, или это ее на них взгляд, или это они с ней такие, а с другими другие – это по ее рассказу понять невозможно. Собственно, в этом и состоит главная увлекающая и раздражающая черта книги Палмер: она рассказывает о мире, который явно устроен не так, как ей это кажется, – но как именно, мы сквозь ее рассказ увидеть не можем.



Источник: "Коммерсантъ - Weekend", № 46, 28.11.2008,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
05.06.2020
Книги

Геронтофилия де Сада

Французский кинорежиссер Ален Гироди, долгие годы известный только в узком кругу синефилов-интеллектуалов прославился гей-хоррором «Незнакомец у озера», а через год после показа картины в Каннах опубликовал роман «Здесь начинается ночь». Книга стала своеобразным дополнением к фильму.

Стенгазета
27.05.2020
Книги

Бога в небе не видал

На первой странице “Первого человека на земле” дети смотрят на небо. Мальчика зовут Юра. Тот самый Юра, который совершил знаменитый виток вокруг Земли 12 апреля 1961 года. Из-за правовых проблем всем известная фамилия главного героя ни разу не упоминается. К тому же, со временем становится понятно - это история не совсем о том Юрии, которого знает каждый житель нашей планеты.