Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

03.07.2008 | Колонка / Общество

Страсти по футболу

Символическая война просто необходима, если война настоящая пропущена или отложена

Разгоревшиеся за последние недели футбольные страсти позволяют нам внимательнее взглянуть на нынешнее состояние российской культуры.

Понятно, что в современном постиндустриальном обществе – спорт, как часть массовой культуры, позволяет  решать две глобальные задачи: канализировать агрессию и дистанцироваться от реальности, с ее подчас неутешительными социальными впечатлениями и грядущей смертью. Последнее,  то есть развлечение (или – отвлечение) – общая для массовой культуры, в том числе религии, задача: вместо реальной жизни предложить ее улучшенный символический образец и хотя бы на время избавить человека от груза созерцания собственных неудач. Массовая культура – промежуток, передышка, столь необходимая особенно для тех, кому непрерывность собственной судьбы давно в тягость.

Однако

именно спорт, особенно командный спорт, позволяет зрителю дополнительно израсходовать запас скопившейся агрессии.

Скопившейся из-за пропущенной в постиндустриальную эру большой войны, вечного канализатора агрессии – мирный субститутом которого и является спорт.

В этом смысле нет ничего удивительно в том, что игра между соперниками предстает в виде войны, победа в том или ином командном виде спорта интерпретируется как победа в битве, а мастерство как подвиг, сила и геройство.

Благодаря своим символическим компонентам спортивное состязание помогает зрителю присваивать часть победы команды его страны (города, района, республики). Символическая война просто необходима, если война настоящая пропущена или отложена;

но, конечно, символическая, спортивная война не отменяет войны реальной, а напротив очень часто предшествует ей, так как не в состоянии удовлетворить все агрессивные стремления, свойственные человеку. В этом смысле фанатские войны, откровенный национализм и яростный патриотизм футбольных болельщиков разных стран есть показатель того, кто и почему прежде всего становится зрителем символического сражения, кто интерпретирует его с наибольшей буквальностью, кому это необходимо.

То, что именно футбол во многих странах наиболее полно аккумулирует символику войны, сражения между нациями, культурами, конфессиями, есть следствие его популярности как командной игры с наибольшим числом игроков.

Это увеличенное число сражающихся с каждой стороны (по сравнению, скажем, с баскетболом или волейболом) весьма существенно. Символические роли – защитники, нападающие, довольно сложные структуры построения разных опорных линий, роль тренера, как полководца, важные статусные свойства границ – поля битвы, своего поля, и статус сакрального объекта, который должен быть сохранен от противника максимально полно (ворот с сеткой) – все это помогает символизации спортивного состязания как битвы. Не менее важны и правила, опять же напоминающие о воинской доблести, честного поединка,  и судьи, с их божественным правом безошибочного и неотменяемого решения.

Идея символической интерпретации матча как сражения часто эксплуатируется болельщиком, но то, насколько полно он использует именно военную инструментализацию зрелища, зависит от степени его агрессивности.  Или, что почти одно и то же, его неудовлетворенности. Более того,

в большинстве стран и культур существует отчетливая корелляция между социальным и культурным статусом человека и уровнем символизации им зрелища.

Закономерность естественная: чем ниже социальный и культурный статус болельщика, тем уровень символизации им зрелища как войны выше. И наоборот. Наименьшей популярностью игровые виды спорта (да и вообще спорт) пользуется в академической среде, среде бизнеса и современного искусства, обладающих своими символическими играми, никак не менее увлекательными, но более сложными.

В этом смысле страсти по футболу в России выявляет особенности русской культуры и современной российской ситуации, очевидные и ранее, но получающие отчетливое подтверждение в отечественных откликах на победы российского футбола в Европе. Стремительная и тотальная символизация футбола как формы принадлежности к мировой культуре и позиции в нем. То особенное положение, удаленное, периферийное, маргинальное, которое обеспечило русской культуре православие и его непопулярность, нераспространенность в мире, требует дополнительных механизмов подтверждения собственной состоятельности.  Среди них наиболее востребованный - интерпретация физической силы как духовного преимущества.

Не менее характерно, что военная символизация футбольных побед оказывается востребованной, в том числе, в форме уличных братаний не только социальными аутсайдерами, но и бизнес-элитой, и даже православными иерархами.

Что подтверждает ряд очевидных предположений о растущей агрессивности российского общества, о малом наборе механизмов канализации агрессии, о чувстве неудовлетворения и неуверенности, характерной в том числе для представителей политической и экономической элит. Все нерешенные проблемы – отсутствие согласия в обществе относительно прошедшей приватизации, маргинальная дистанцированность от мира и Европы,  блокированние таких распространенных форм канализации общественной энергии, как партийная борьба и вообще политика, и как следствие, комплекс национальной неполноценности, требующей возмещения психологического физическим, – обнаруживает проекция такой игры, как футбол, на российские реалии.



Источник: "Дело", Спб, 30.06.2008,








Рекомендованные материалы



Проблемы неотомизма

В детстве все мы играли в магазин, в больницу, в милицию, в почту… Играли также и в выборы. Помню, как в тупиковой части огромного коммунального коридора был нами обустроен «Избирательный участок № 97». В посылочный фанерный ящик, закутанный в старый халат чьей-то бабушки, кидались обрезки тетрадных листков, на каждом из которых было написано: «Света. Дипутат».


Зима патриарха. Бесконечная

2019-й год был переломным в деградации российской государственности. Дело не только в том, что в ходе выборов в Мосгордуму российская власть продемонстрировала: она не уверена, что за нее проголосуют. И под надуманными предлогами отстранила своих оппонентов от участия в выборах. А потом устроила судебную травлю тех, кто протестовал против этого. Дело еще и в том, что человек, обладающий абсолютной, ничем не сбалансированной властью, решительно перестал стесняться.