Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

06.07.2006 | Колонка

Священный антикультурный союз

В мире формируется новый интернационал. Он состоит из тех, кто смертельно обижен на светскую культуру

Скандалы вокруг произведений искусства, вызывающих негодование верующих, множатся со сказочной быстротой. По поводу пьес и выставок негодуют локально, по поводу кино – глобально. Международная система кинопроката словно создана для того, чтобы скандалы вспыхивали, как лесные пожары планетарного масштаба. Не успел затихнуть один вокруг «Кода да Винчи», а на подходе уже был другой – по поводу римейка знаменитого «Омена». Тридцать лет назад, напомню, первый «Омен» никаких обид не вызвал. Даже непонятно, куда смотрели верующие. Почему не догадались, что он оскорбляет их чувства? Но теперь не те времена…

Самое любопытное в скандалах вокруг фильмов, что христианских борцов с кощунством поддержали их индийские и исламские коллеги. Поддержали с огоньком. В Европе и США фильмов все же никто не запрещал, а вот в ряде мусульманских стран запретили. Православная общественность тоже было потребовала последовать исламскому примеру, но ее не послушались, и она (общественность) подала в суд на Михаила Швыдкого, чтобы в следующий раз неповадно было. Следующий раз наверняка не за горами. Автор «Кода да Винчи» Дэн Браун уже подписал договор с Голливудом об экранизации романа «Ангелы и демоны».

Очевидная причина возникновения «интернационала обиженных» – глобализация.

Представители самых разных религий сейчас все чаще проживают рядом и легко заимствуют чужие фобии.

Недавно на Вест-энде открылась выставка патриарха индийской живописи Макбула Хусейна. Но лондонцы недолго любовались картинами прославленного бомбейца. Организаторы испугались угроз со стороны индусских фундаменталистов и прикрыли выставку. Верующих возмутили изображения индийских богинь в голом виде. «А в каком еще виде изображать индийских богинь, – добивались журналисты у индусских лидеров, – разве не голыми изображало их индийское сакральное искусство?» На Западе это не принято, отвечали переимчивые индусы, вот и мы не хотим позориться.

Другая причина в том, что рискованная игра с сакральными символами стала достоянием масскульта.

Раньше это была сугубо элитарная забава, теперь нет. Роль передаточного звена от великих кощунников прошлого вроде Джеймса Джойса сыграли актуальные художники с их принципом «все на продажу». Когда американец Андрес Серрано делал фотографии распятия в моче, он утверждал, что преследует только эстетические задачи. Дальнейший его путь показал – не только. Сейчас Серрано – один из самых модных художников и удачно упражняется с гламурной фотографией. Брутальные игры в распятие Христа устраивали в 60-е годы венские акционисты во главе с Германном Нитчем, теперь Нитч – преуспевающий коммерческий художник. Нехитрый маркетинговый ход был успешно усвоен масскультом. И вот Мадонна появляется перед слушателями на кресте, водрузив себе на голову терновый венец, а Голливуд штампует кощунственные триллеры, которые щекочут нервы обывателям. И заодно сплачивают ряды фундаменталистов всех мастей – это вам не хитроумные забавы Джойса, доступные избранным.

Внутри нового интернационала постоянно идет игра на повышение. Тон, как водится, задают мусульмане. Когда в 1989 году духовный лидер Ирана аятолла Хомейни посчитал богохульными «Сатанинские стихи» Салмана Рушди и призвал к убийству писателя, это получило единодушное осуждение в западном мире. Теперь христианские фундаменталисты кивают на прецедент с плохо скрываемой завистью. Во время бучи с выставкой «Осторожно, религия!» нередко раздавалось: молодцы аятоллы, держат своих богохульников в узде, нам бы таких. Сходные вещи теперь можно услышать и от традиционно сдержанных британцев. В мюзикле «Джерри Спрингер. Опера» содержались действительно мерзкие шутки по поводу Иисуса, но, когда фундаменталистская организация «Крисчиан Войс» призвала к бойкоту «Би-би-си», организовавшей трансляцию, ее директор Стивен Грин для усиления боевого духа соратников предпочел сослаться на мусульман и индусов – они бы никогда не потерпели подобного отношения к пророку Мохаммеду или Вишну. И те охотно проявили солидарность и даже приняли участие в протестах.

Совместные акции сближают, у фундаменталистов разных религий просыпается чувство локтя, недовольство одних питает недовольство других. В результате порог терпимости день ото дня снижается.

И дело уже доходит до абсурда. Совсем недавно в Турции запретили диснеевского «Винни-Пуха», поскольку в нем немалую роль играет Пятачок. То есть, назовем вещи своими именами, свинья. Животное, как известно, нечистое. Вначале хрюшку попытались просто вырезать из мультика, но оказалось, что без нее провисает сюжет. Пришлось запретить. В России подобным же образом потребовали запретить Бабу-ягу, поскольку она воплощает враждебное языческое начало и смущает православное сознание. В отличие от беззащитного Пятачка бойкая отечественная старушка выжила. Дай бог ей здоровья!

Западная культура положила немало усилий, чтобы создать атмосферу толерантности. Схватка религии и светского искусства стремительно загрязняет эту атмосферу.

Праведное негодование одних и упрямое нежелание других ограничить свою творческую и прочую свободу ведут к расколу в обществе и культуре.

Трещины бегут по всему непросто выстроенному зданию нашей цивилизации, главное в которой – изысканное многообразие, возможность самых непохожих взглядов и верований уживаться под одной крышей. А вот в мусульманском мире смертельная обида на безбожников – это тот цемент, который все прочнее схватывает кирпичи единого здания. Окон в нем нет, одни бойницы.

Есть большое подозрение, что, как бы ни разворачивались события дальше, в выигрыше от нового интернационала останутся лишь исламские фундаменталисты. Вместе со светской культурой (она же – открытое общество, она же – демократия европейского образца) они похоронят и всех прочих (протестантских, православных, католических) фундаменталистов, преспокойно проживающих в отвратительном, морально разложившемся западном обществе и самозабвенно рубящих сук, на котором сами же сидят.



Источник: "Газета.ру", 3.07.2006,








Рекомендованные материалы



МРП

Все крепнет ощущение, что многие, очень многие испытывают настоящую эйфорию по поводу того, что им вполне официально, на самом высоком уровне, разрешили появляться на публике без штанов и гулко издавать нижние звуки за праздничным столом.


Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.