Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

30.09.2015 | Колонка / Общество

Ночные самоволки

Как говорил по совершенно иному поводу поэт Бальмонт, почему я, такой нежный, должен это слушать? И правда, почему?

Самое-то унизительное не то, что они в принципе существуют. Они всегда есть и всегда вылезают на свет божий, когда волей обстоятельств возникает благоприятная для них питательная среда. Да и вообще, выражаясь словами Лескова, каких только людей нет у нашего государя. И правда.

Самое унизительное в том, что вот я, например, почему-то должен знать об их существовании, об их трудах, днях и дерзких, хотя и не слишком успешных рейдах по тылам вражеской, впавшей в лицемерную и агрессивную, опасную для территориальной целостности нашего великого государства русофобскую толерантность Гейропы, убедительную победу над которой празднуют в эти дни все лентоносные мотоциклисты и пешеходы отечества.

Как говорил по совершенно иному поводу поэт Бальмонт, почему я, такой нежный, должен это слушать? И правда, почему?

Не должен слушать, не должен знать. Но знаю - в такое уж время и в таком уж месте мы живем, ничего не поделаешь.

Да, я, увы, знаю, что существуют на свете такие "ночные волки", что они с нескрываемым и подкупающим  бескорыстием дружат с главой государства и прочими официальными и полуофициальными лицами, что они страстные "антимайдановцы" и пылкие поклонники товарища Сталина и что им в соответствии с сезоном мучительно неймется пометить сопредельные территории, символически обозначив таким образом победное шествие не менее символических "дедов".
Символических, потому что реальные деды не на "харлеях", а на раздолбанных "студебеккерах", а чаще всего на стертых до крови своих двоих, не в цепях и заклепках, а в просоленных потом гимнастерках, не с кокетливыми косметичками, а с махорочными кисетами в карманах шли семьдесят лет тому назад в сторону Берлина. И встречали их на этом пути пули и снаряды, а не вежливые, хотя и непреклонные пограничные чиновники. И они были дневными людьми, а не ночными волками.

Да и такие ли уж они волки, эти самые волки? Не жирно ли будет?

Бывает так, что блохастые дворняжки с репьями на хвостах обнаруживают склонность посредством грозных шипов и заклепок, брутальных наколочек и оглушительного мотоциклетного тарахтения, посредством привязанных ко всем выступающим частям тела полосатых бантов и прочих атрибутов косметической мужественности и барачно-сивушного патриотизма косить под волков. Лучше, конечно, под "ночных" - на свету слишком уж очевидно, какие такие они волки.

Слышал я, что бывает и наоборот.

Вот, что рассказал мне однажды давнишний приятель, услышавший эту не слишком, как мне кажется, достоверную, но все же забавную историю от своего знакомого, служившего когда-то кем-то в Московском зоопарке.

История такая.

Один из обитавших в зоопарке волков обнаружил однажды в своей клетке лазейку. И стал каждое утро уходить с территории зоопарка и ошиваться по прилегавшим к ней улицам, переулкам и дворам.
Излюбленным же его местом стал находившийся неподалеку пятачок перед пивным ларьком, где местные сердобольные завсегдатаи, принимая волка за добродушного бездомного бобика, подкармливали его полукопченой колбаской и чем-то еще, что оставалось от недоеденных бутербродов. Ведь они-то, городские жители, видели волка только в иллюстрациях к детским книжкам вроде "Красной шапочки" или в мультфильме "Ну, погоди!".

Целый день волчара непринужденно играл роль недокормленной сиротливой дворняги. А вечером возвращался домой, в зоопарк, где тоже полагалась казенная пайка.

А поэтому его ежедневные самоволки довольно долго оставались незамеченными. Волков там и без него хватало, и их не очень-то пересчитывали.

И довольно-таки долгое время, пока кто-то из сотрудников не застукал его за этим делом и не засадил в надежную клетку, он вел эту нелегкую, но довольно увлекательную двойную жизнь. Днем он был вроде как бродячей собакой, а ночью - волком в законе. Хотя и в клетке.

То есть он-то в сущности и был настоящий, а не туфтовый ночной волк. В самом буквальном смысле - lupus nocturnus.


 

Источник: "Грани.ру", 06.05.2015,








Рекомендованные материалы



Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.


«У» и «при»

Они присвоили себе чужие победы и достижения. Они присвоили себе космос и победу. Победу — особенно. Причем из всех четырех годов самой страшной войны им пригодились вовсе не первые два ее года, не катастрофическое отступление до Волги, не миллионы пленных, не массовое истребление людей на оккупированных территориях, не Ленинградская блокада, не бомбежки городов. Они взяли себе праздничный салют и знамя над Рейхстагом.