Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

22.07.2013 | Общество

Удар по тому, чего нет

После оглашения приговора начавший день ростом российский фондовый рынок рухнул

   

Ленинский районный суд Кирова признал Алексея Навального и Петра Офицерова виновными в растрате имущества государственного унитарного предприятия «Кировлес» на сумму в 16 миллионов рублей, назвав Навального организатором преступления, и приговорил его к 5 годам лишения свободы в колонии общего режима, а Петра Офицерова — к 4 годам. Если Кировский областной суд не удовлетворит кассационную жалобу, на подачу которой у защиты есть 10 дней, и приговор вступит в силу, самый популярный оппозиционный политик будет лишен возможности не только принять участие в выборах московского градоначальника, но и не сможет избираться куда бы то ни было до конца жизни, поскольку преступление, в котором суд признал его виновным, является особо тяжким.

После оглашения приговора начавший день ростом российский фондовый рынок рухнул: менее чем за два часа индекс РТС потерял более 2%.

К вечеру тысячи людей вышли на улицы в центре Москвы и Санкт-Петербурга. Из-за закрытия Манежной площади в Москве все желающие выразить свое отношение к приговору с трудом поместились на перекрестках Тверской улицы, Моховой и Охотном ряду, но, несмотря на это, мирная ненасильственная акция продолжалась до глубокой ночи. Противостояли демонстрантам ОМОН, полиция и Внутренние войска, получившие в помощь десятки поливальных машин, которые не были пущено в дело. Число задержанных перевалило за сотню, а акция, несмотря на «мертвый политический сезон», стала самой многочисленной несанкционированной демонстрацией после «прогулки с писателями».

В том, что дело «Кировлеса» было политически мотивированным, а приговор будет выноситься без учета доказательств, которые представили суду защита и обвинение, с самого начала ни у кого не было никаких сомнений. Тем не менее, предпринимательское и экспертное сообщество было шокировано тем фактом, что Навальный и Офицеров были осуждены лишь за то, что лес был продан дороже, чем куплен, а ущербом была названа даже не прибыль, полученная от этой операции, а валовая выручка. Если исходить из такого подхода, уже сейчас можно посадить любого предпринимателя, что делает занятие бизнесом в России делом чрезвычайно опасным, а предпринимательскую деятельность по определению криминальной. А поскольку Навальный с Офицеровым вовсе не входят в узкий круг отечественных олигархов, дело «Кировлеса» наносит сокрушительный удар по малому и среднему бизнесу. Таков общий лейтмотив комментариев, последовавших за оглашением приговора. В частности, Михаил Прохоров в своем блоге пишет: «… приговор Алексею Навальному и Петру Офицерову — это не просто приговор всей российской судебной системе. Открыта, а скорее — закрыта целая страница в истории российского предпринимательства. Отныне каждый человек, заключающий с кем-либо хозяйственный договор, будет твердо знать: при желании его могут за этот договор посадить в любой момент. Приговор Навальному прямо бьет по интересам мелкого и среднего бизнеса — основы любого развитого общества. Интересно, сколько молодых талантливых бизнесменов и юристов уже сейчас, вот прямо в этот момент мысленно пакуют чемоданы?»

При всем моем уважении к Михаилу Прохорову и другим экспертам, считающим, что приговор по делу «Кировлеса» может радикально повлиять на деловой климат в России, согласиться с ними было бы можно, если бы это было первое неправосудное решение по обвинениям в экономических преступлениях. Однако разрушение российской судебной системы, подрыв института собственности, правовой беспредел в отношении предпринимателей начались без малого десять лет назад с первого «дела ЮКОСа», если не раньше — в момент «равноудаления олигархов». Риск лишиться всего, включая свободу, в результате того, что суд примет во внимание самые нелепые с экономической точки зрения обвинения, существует с момента оглашения приговора по второму «делу Ходорковского-Лебедева». Российская судебная система уже столько раз демонстрировала себя во всей красе — и в «делеPussyRiot», и в процессе посмертного осуждения Сергея Магнитского, и в сотнях других, менее «резонансных» дел, что иллюзий у предпринимателей давно не осталось.

Тот факт, что хозяйственная деятельность на российской территории несовместима с политической (если только это не деятельность «верного путинца», активиста «Единой России») прочно усвоили уже все, причем давно, а разгром окололужковской экономической империи и рейдерский захват «Банка Москвы» наглядно продемонстрировали, что и отсутствие политических амбиций тоже не дает никаких гарантий. Те, кто посчитал риск в любой момент лишиться бизнеса и попасть под уголовную статью неприемлемым, уже давно начали сворачивать или сводить к минимуму деловую активность в России, выводя активы туда, откуда не выдают. Неослабевающий последние четыре года отток капитала из России — наглядное тому подтверждение. И если говорить, что «дело Кировлеса» нанесло удар по институтам, без которых не в состоянии функционировать цивилизованная рыночная экономика, необходимо добавлять, что эти институты и без того лежат в руинах, и дальше их разрушать уже просто некуда.

Это же, кстати, относится и к институту выборов — единственному цивилизованному способу ненасильственной смены власти, без которого говорить о политической стабильности в стране просто смешно. Так что приговор Ленинского районного суда Кирова стал не столько ударом по российской экономической и политической системе, сколько очередной, весьма наглядной демонстрацией ее состояния. 



Источник: "Ежедневный журнал", 19 июля 2013 ,








Рекомендованные материалы



Здравствуйте! — сказал NN и, как всегда, соврал

Любое высказывание, любой жест — художественный, общественно-политический, бытовой, какой угодно — обретает реальное содержание только лишь в осознанном контексте. В том смысле, что важно не только то, что и как сказано, но и то, кем сказано, когда, по какому поводу и с какой целью. Более того, контекст высказывания часто бывает содержательнее и существеннее самого высказывания.


Высокие процентные отношения

Заранее, чтобы не томить уважаемую публику, скажу, что по результатам опроса постоянно действующий президент стал моральным авторитетом примерно для трети опрошенных, а, допустим, тоже не бездействующий патриарх Кирилл набрал что-то около одного процента.