Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

31.07.2012 | Общество

Профессия — деревенщик

Почему так долго молчали наши хтонические деревенщики, почему не расчехляли свои полемические берданки?

Много чего удивительного происходит в нашей жизни в последнее время. Много чему приходится удивляться. Но вот что меня совсем не удивило, так это сообщение о том, что "группа писателей выступила в поддержку уголовного преследования Pussy Riot". Точнее, состав тех, кто выступил с упомянутой поддержкой. И меня это не только не удивило, но и в каком-то смысле успокоило.

Потому что я, признаться, стал уже несколько тревожиться: а где же правдивые и неравнодушные голоса наших пахотных исконно-посконников, страдальцев за вечно заглушаемый кем ни попадя "голос народной души"? Почему так долго молчали наши хтонические деревенщики, почему не расчехляли свои полемические берданки, когда, казалось бы, только их задушевного да обличительного слова тут и не хватало?

Но вот, слава богу, выступили. Комментировать это не хочется. Кому интересно - прочтет сам и сам все поймет. Впрочем, на фоне широкомасштабной мракобесной вакханалии их голоса ничем так уж не выделяются - ни особенным напором, ни особым идиотизмом. И того и другого сегодня вполне хватает и без них. Так что можно сказать, что они просто отметились. Ну и славно. А то ведь, глядишь, и забыли бы про них окончательно, про наших некогда громокипящих писателей-деревенщиков.

"Писатель-деревенщик" - это на сегодняшний день вовсе не тот, кто пишет о деревне и ее проблемах, как считалось когда-то. Это совсем не так, как "писатель-сатирик" или "художник-анималист". Это понятие уже давно не профессиональное, а идеологическое, означающее нечто глубоко провинциальное, неадекватное, всегда возбужденное и бесконечно озлобленное. Бывают на свете писатели, плохие и хорошие. А бывают писатели-деревенщики. И это совсем не одна и та же профессия.

В качестве экспертов по делу Pussy Riot уже выступило некоторое количество специалистов - юристов, филологов, искусствоведов. Но, судя по всему, экспертные оценки большинства как-то не очень пришлись по душе следствию. Следствие, заточенное только с одного конца, в качестве "правильных" экспертов выбрало тех, чьи профессии были обозначены как "православный филолог", "православный юрист" и еще какие-то православные специалисты. Не напоминает ли это, например, "арийскую медицину"?

Кстати, и о медицине. В далекие 70-е годы, гуляя в Замоскворечье, мы с друзьями на стене какого-то дома наткнулись на удивительную мемориальную доску, сообщившую нам, что "в этом доме зимой такого-то года в квартире врача-марксиста скрывался от полиции В.И. Ленин". Очень нас, надо сказать, развеселила эта доска. И это при том, что мы и без того были в те годы избалованы свидетельствами подобного рода. Чего стоила хотя бы доска у ворот зоопарка, где, оказывается, вездесущий В.И. Ленин тоже выступил с докладом о текущем моменте. Но "врач-марксист" - это, согласитесь, серьезно. Это что же за такая медицинская специальность, шумно и наперебой гадали мы. Это от чего же он лечил? Неужели от марксизма? Тогда почему же Ильича не вылечил?

Врачи-марксисты, писатели-деревенщики, православные юристы, полицейские-грабители, режиссеры-холопы, президенты-самозванцы и люди иных, не менее интересных, но, мягко говоря, не самых созидательных профессий всегда стремятся заменить собой врачей, писателей, юристов, полицейских, режиссеров и президентов. И иногда им это удается. Но никогда не навсегда.



Источник: "Грани.ру", 30 июля, 2012 ,








Рекомендованные материалы



Почему «воруют сотнями миллионов»

Вспомним хоть Николая Павловича с горечью говорившего наследнику престола: «Сашка! Мне кажется, что во всей России не воруем только ты да я». Однако что Николаю, что Путину идеальной системой руководства представляется пресловутая вертикаль власти — некая пирамида, на каждом ярусе которой расположены трудолюбивые и честные чиновники, которые денно и нощно реализуют спущенные сверху гениальные замыслы, вроде нацпроектов. Но по какой-то странной причине никак не удается подобрать нужный человеческий материал.


Дедовщины — нет, а расстрел — есть

Как показывает опыт, после таких трагедий следует поток заявлений от тех, кто стал жертвой насилия. И, что гораздо хуже, начинается эпидемия расстрелов, когда одетые в военную форму мальчишки вдруг видят в убийстве сослуживцев выход для себя. Так было в 1990-х и первой половине 2000-х.