Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

28.09.2010 | Колонка

Практика относительности

Власть никогда не говорит "что-то". Она всегда говорит "для чего-то"

Любое высказывание, любой жест - художественный, общественно-политический, бытовой, какой угодно - обретает реальное содержание лишь в осознанном контексте. Важно не только то, что и как сказано, но и то, кем сказано, когда, по какому поводу и с какой целью.

Более того, контекст высказывания часто бывает содержательнее и существеннее самого высказывания.

Не потому ли, когда мы наблюдаем за фронтальной "антимэрской" телеатакой, нас почему-то в последнюю очередь волнует, правдой или неправдой является то, что именно там говорят и показывают. И не только потому, что все это более или менее всем и давно известно. А потому, что вовсе не это важно. А важно, оказывается, совсем другое.

Вот все с охотничьим азартом и неутолимым любопытством гадают: кто, зачем, за кого и против кого? Ну, и вечно проклятый конспирологический вопрос: кто за этим стоит? А также - что теперь будет?

В общем, план мотивации начисто вытесняет план содержания. Ибо мотивация в данном случае - это содержание и есть.

Ибо нынешнее телевидение говорит не на языке общества, а на языке власти. А власть никогда не говорит "что-то". Она всегда говорит "для чего-то".

Представления об уместности и своевременности того или иного высказывания у частного человека и у власти фатальным образом не совпадают. Поэтому власть всегда рефлекторно затыкает рты всем тем, кто высказывается с ее точки зрения "не вовремя". "Придет время, мы сами скажем, что надо, - дает понять власть, - а ваш номер восемь".

Если бы стихотворение "Мы живем, под собою не чуя страны" было написано не тогда, когда оно было написано, а, скажем, после достопамятного ХХ съезда или тем более в годы перестройки, то это было бы уже совсем другое стихотворение. Потому что поэт и власть по-разному представляют себе, что "пора", а что "не пора". А поэту горе, слава и честь, если он высунется не "вовремя".

Вчера вот показали по телевизору очень даже страстный, прямо облитый горечью и злостью фильм о том, как жестоко и непоправимо разрушают нашу древнюю красавицу-столицу злые дяди и тети. Вот спасибо отважным и бескомпромиссным журналистам за то, что раскрыли нам наконец-то глаза! А то ведь ходим мы уже столько лет по родному городу и ничего не замечаем. Оказывается, вон чего творится. Ну, надо же!

Вот смотришь такой фильм, и все вроде бы там правильно. Но что-то очень существенное и не сразу уловимое мешает тебе отнестись ко всему этому с доверием.

И дело даже не только в ясном понимании того, что создателей этого фильма меньше всего волнует Москва с ее проблемами. И не в законном недоумении по поводу того, что они "спохватились" уже тогда, когда ничего нельзя исправить. В сомнительном афоризме "лучше поздно, чем никогда" почему-то игнорируется такая неприметная с виду альтернатива, как "лучше вовремя".

А дело главным образом в давней и устойчивой убежденности, что "они" врут всегда. Даже когда говорят правду. Ну, вроде того давнего моего знакомца NN, человека вроде бы невредного, в явных подлостях не замеченного, но тихо и неуклонно делавшего советскую карьеру и пользовавшегося такой репутацией, что про него был даже сочинен анекдот: "Здравствуйте", - сказал NN. И как всегда соврал".

А напоследок позволю себе самоцитату из довольно давнего сочинения: "Если сказано "сегодня четверг" в четверг, то это и значит, что сегодня четверг. Если же сказано "сегодня четверг" в пятницу, то это уже либо ложь, либо заблуждение, либо еще что-нибудь..."



Источник: "Грани.Ру", 20.09.2010,








Рекомендованные материалы



Клюшка над Рейхстагом

Так что это все политика, пацаны. Это наша, короче, история, братаны. Мы не дадим ее переписывать и не позволим никому ее это, как это, фальфирицировать. Это политика. А политика — это что? Правильно, война. Потому что нам нужны победы. А без войны и победы не бывает. Не ясно, что ли?


Обыкновенный путинизм

Ну чисто царь Николай Павлович, начертавший некогда, если верить апокрифу, на полях учебника географии: «Россия не есть держава земледельческая, промышленная или торговая, Россия есть держава военная и назначение ее — быть грозой остальному миру».