Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

18.09.2008 | Архив "Итогов" / Общество / Просто так

Да не оскудеет…

...или Четыре в самый раз

Просить надо уметь. Это, между прочим, искусство, а не что-нибудь еще. Хочешь получить подаяние или грант на проведение конференции по червякам, старайся.

А то войдет какая-нибудь в вагон метро и изнурительно заблажит: "Извините, что мы к вам обращаемся... ночуем на вокзале восемь человек". Это плохо и малоперспективно. Надо как-то побогаче интонировать, что ли. Нельзя принижать роль интонации. Это недальновидно. Нельзя так ужасно ныть на одной ноте. Это раздражает. И вообще, надо вносить в свою работу элементы индивидуальности. Живинка нужна. Человечинка. А то какой-то получается типовой проект. Блочная пятиэтажка. Отказать.

Типовые проекты в этой области человеческой деятельности были и раньше. Есть они и теперь. В моем детстве, например, ходили по вагонам электричек и пели. Пели, как правило, очень неприятно.

Я, пока не привык, все время плакал, причем не от жалости. Теперь в электричках предлагают кроссворды и зажигалки для газовой плиты, а вымогают в метро. Слава богу, не поют. Зато все беженцы или на худой конец погорельцы.

Бывают исключения. Когда в вагон входит пожилая дама, держа в вытянутой руке табличку, где написано: "Горе. Спасите", и при этом молчит, тут не до анализа мотивов и не до жанровых классификаций. Надо давать и не рассуждать.

Еще, помню, в семидесятых годах на улице подходили с приятными выражениями лиц молодые люди и, симулируя "прибалтийский" акцент, рассказывали, как их обокрали и как у них нет денег на проезд "до Таллин". Вы ему дайте, "пожалюста, теньги на пилет", а он вам сразу же пришлет почтой. Кто на это покупался, непонятно. Я - нет, как минимум потому, что был хорошо знаком с эстонским акцентом. Играли они плохо. И если их перформансы проваливались, то поделом.

Особый род уличных соискателей - это алкаши. Они были всегда и всегда на разные лады канючили. У меня как у спонсора честные всегда котировались гораздо выше, чем вруны, просящие на учебник для сына. Эти папы карлы были жалки, жалкими были и их неталантливые легенды.

Но и среди честных бывают разные. Есть грубые и необоснованно требовательные. Один недавно подвалил и просто сказал: "Давай пятерку". Ага. Ща прям.

Деревня маленькая, а нищих много, как любит говорить один мой знакомый. Другой был полюбезнее, но все равно обидел. Он сказал: "Отец, выручи!" Вот, думаю, сынок отыскался. Радость-то какая! А я уж и не чаял тебя встретить, сыночка ты моя родная! Жаль, что ты выглядишь раза в четыре старше меня, а то бы я конечно. Я бы мигом. А так нет. Ищи другого папашу. Я пошел.

То ли дело веселый доброжелательный алкаш, который подошел ко мне и, видимо, итожа какую-то напряженную внутреннюю калькуляцию, сказал деловито: "Четыре рубля будет в самый раз". И тут же получил пять. Потому что молодец. Потому что надо быть оптимистом и смотреть на мир широко открытыми глазами.

Впрочем, это я только делаю вид, что такой бывалый и такой тонкий психолог. Нагревают меня время от времени и, по-видимому, правильно делают. Я вот недавно улетаю куда-то из "Шереметьева". А там около очереди в таможенный контроль ходит тетка с настоящими мхатовскими слезами на глазах и, размахивая какой-то справкой с печатью, говорит, что убили у нее позавчера мужа и что не на что уехать домой. Помогите, мол, кто чем может. Реагируют в очереди кто как. Я, например, даю ей рублей пятьдесят, после чего некоторое время вплоть до общения с таможенником чувствую себя человеком. Но так получилось, что буквально через пару недель после этого я опять лечу куда-то из "Шереметьева", а там опять та же тетка, та же телеграмма и тот же муж. И, главное, то же самое позавчера. Что же это, думаю, такое? Так ведь не напасешься ни денег, ни мужей. И вообще противно, когда из тебя делают идиота.

Впрочем, потом, уже в самолете, чуть поостыв, я подумал: "А что, если бы убили на самом деле, мне бы лучше было? Или как?"

Вопроса я так и не решил, а решил почитать, для чего раскрыл на каком-то месте записные книжки своей любимой Лидии Яковлевны Гинзбург. А там сразу же и прочел: "Мы подаем нищему две копейки и говорим при этом: кажется, он вовсе не слепой, он симулирует. Человек хочет, чтобы за его деньги нищий был действительно слеп и безрук. Между тем стоять на улице и просить подаяние, симулируя слепоту, приятнее, чем быть на самом деле слепым, но ненамного. Это тоже стоит двух копеек и нашей никчемной жалости".

Если бы я смог написать так же, то этим бы и закончил.



Источник: "Итоги", №39, 1999,








Рекомендованные материалы



Высокие процентные отношения

Заранее, чтобы не томить уважаемую публику, скажу, что по результатам опроса постоянно действующий президент стал моральным авторитетом примерно для трети опрошенных, а, допустим, тоже не бездействующий патриарх Кирилл набрал что-то около одного процента.


Нервный продукт

Есть несколько таких продуктов, которые одна моя знакомая называет «нервными». Она так и говорит: «Чуть что, из магазинов исчезают нервные продукты — соль, подсолнечное масло, сахар, макароны, стиральный порошок, мыло, почему-то еще и сыр…» И гречка! Конечно же, гречка!