Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

23.06.2008 | Жизнь

Мишка,

Михаилу Айзенбергу - другу и брату - всего лишь 60

прими мои самые сердечные поздравления. Как старший товарищ (целый год все-таки нас разделяет) скажу: все цифры, даже те, что с трудом укладываются в наших бедных головах - это полная туфта и пустой звук. Накручивая с годами эти нелепые цифры, мы с изумлением, граничащим иногда с паникой, обнаруживаем, что молодость никуда не девается - она длится и длится. Как же так, думаем мы, ведь когда моим родителям было столько же, они были старыми людьми. Теперь нам столько же, а мы почему-то все еще маленькие дети, впадающие во вселенское отчаянье от любого окрика и испытывающие не менее вселенский восторг, когда нас поцелуют в лобик и погладят по волосенкам. Ой, я, кажется, сказал бестактность, но ты-то поймешь, что я имею в виду. Мишка, я знаю, что ты прекрасный поэт и литератор, но мне трудно отделять тебя - почти что родственника от тебя же как от значительной социально-культурной фигуры. Надеюсь на симметрию.

Не знаю, чего тебе пожелать сегодня. Долголетия? Здоровья? Высокой буквенной продуктивности? Покоя и воли? Разумеется. Но все это укладывается в моем представлении в емкое слово "бодрость". Ее и желаю тебе, дорогой друг. Радуйся нам и радуй нас бесконечно долго - вещь невозможная, но мы и вообще люди совершенно невозможные. Ты-то по крайней мере - точно.











Рекомендованные материалы



Смысл российской демократии

Когда-то считалось, что демократия – это в том числе и право граждан на выбор. Разные политические партии, выпрыгивая из собственных штанов, старались понравиться избирателю, строили ему глазки, клялись в любви до гроба, обещали, если что, жениться. В общем, занимались черт знает чем, какой-то бессмысленной и к тому же затратной ерундой. Во многих странах, как это ни прискорбно, занимаются этим до сих пор. Ну, что взять с отсталых!

Стенгазета

Культурный переворот в хасидском Бруклине

«Неортодоксальная» ― второй сериал про консервативные еврейские общины на Нетфликсе после «Штиселя», впервые показавшего жизнь семьи в такой общине изнутри. Оба проекта открывают широкой публике доступ к ортодоксальной культуре, традициям и отношениям в сообществе. Но «Неортодоксальная» обращается к темам, которые в «Штиселе» почти не рефлексируются: гендерным ролям и культурной идентичности.