Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

25.04.2008 | Колонка / Общество

Очки, шляпа, подтяжки

Никак не утихнут разговоры о том, кто она, эта самая интеллигенция, - совесть нации или ее говно

Ведь чуть что, так сразу про интеллигенцию. Интеллигенция то, интеллигенция се. То она чего-то все время кому-то должна, то ей кто-то.

Никак не утихнут безумные в своей фатальной неразрешимости разговоры о том, кто она, эта самая интеллигенция, - совесть нации или ее говно. А также все висит и висит в воздухе проклятый вопрос про "с кем вы, мастера культуры".

А все эти вопросы, сколько раз их ни задавай, все равно вопросами и останутся, ибо ответа не имеют. По крайней мере ответа односложного и очевидного. А не имеют они ответа потому, что интеллигенция – это вовсе не однородная субстанция, склеенная теми или иными общими идеалами, целями, ценностями и жизненными принципами.

Сказанное, разумеется, в полной мере относится и к так называемой творческой интеллигенции, то есть к совокупности объединенных чисто формальными признаками граждан, профессиональная деятельность которых заключается в писании букв, рисовании картинок, вождении смычком по струнам и умении ловко притворяться на сцене вовсе не тем, кем ты являешься на самом деле.

Вот, допустим, удивляются и негодуют: "Как же он мог! Он же артист! На него же смотрят миллионы. Неужели ему не дорога его репутация?" Почему не дорога? Дорога. Просто референтная группа у всякого своя. Кто-то дорожит своей репутацией в профессиональной среде. Кто-то остро ощущает социальную ответственность перед читателем- зрителем-слушателем. А кому-то важно и интересно исключительно то, что о нем думают в администрации президента или на худой конец в Министерстве культуры. И это все имеет отношение к репутации и заботе о ней. И в общем-то непонятно, на каком основании одних следует считать интеллигентами, а других нет.

Интеллигенция как единое понятие – вещь труднопредставимая, а потому до такой степени располагает к мифологизированию.

В Москве около Музея Сахарова стоит престранное сооружение: металлический конь с крылами вольно или невольно парит над частоколом из неопрятно зазубренных то ли шипов, то ли прутьев. Это, представьте себе, памятник российской интеллигенции. Так там буквально и написано.

Таким образом российская интеллигенция в лице ее славных представителей – деятелей задорного скульптурно-монументалистского цеха – воздвигла памятник самой себе. Причем вполне рукотворный.

Памятники разным абстракциям или - что в данном случае то же самое - собирательным категориям ваять легче в том смысле, что никто не станет гнобить авторов с точки зрения внешнего сходства или несходства с оригиналом. Но оно же и труднее, ибо надо же все-таки хоть как-то представить себе емкий визуальный образ, скажем, Стабильности или, допустим, Удвоения ВВП.

Или взять ту же интеллигенцию. Как ее вообразить? А изобразить как? Как персонифицировать? Собирательный народный образ интеллигента сводится к чему-то невнятному, но непременно в очках и шляпе. Но тут может получиться, не дай бог, какой-нибудь Берия. Нет, не пойдет. Интеллигенции к лицу страдание, не так ли? Подвергнутый добрососедской порке Васисуалий Лоханкин вполне бы здесь сгодился, хотя ведь он тоже некоторым образом фантазия.

Но в данном случае мы имеем, вообще-то говоря, очередную конную статую. Что и правильно, ибо это надежно и респектабельно. Конь - это всегда конь. Хоть бы и крылатый. Хоть бы и в пальто.

Некоторая неясность состоит лишь в том, является ли памятник интеллигенции памятником при жизни, наподобие тех, что принято было воздвигать тиранам на столичных площадях и дважды героям на их малых родинах. Или это, так сказать... Нет, не будем давать волю мрачным прогнозам.

Во избежание мучительных и вязких недоразумений я бы не стал употреблять слово "интеллигенция" в том или ином оценочном смысле. Никакого проку от этого не было и не будет.

А вот прилагательное "интеллигентный" мне кажется вполне оценочным и более или менее понятным. Употребляя это слово, я обычно имею в виду человека, наделенного достаточно изощренным поведенческим вкусом и отчетливым этическим рефлексом.

Впрочем, вкладывая в это понятие именно такое значение, я не чувствую себя вправе не допускать и иных. Вот, например, была когда-то у нас такая соседка - Клавдия Николаевна. Так вот она этим словом оценивала почему-то исключительно объекты материальной культуры. Забежав к моей маме за луковицей "на минутку" и просиживая у нас часа по полтора, она иногда хвасталась удачными приобретениями. "Я, Елен Михалн, в ГУМе скатерку купила. Такую интеллигентную! Часа два простояла. Зайдите посмотрите".

Ладно скатерка. Однажды она сообщила о том, что купила в подарок мужу "очень интеллигентные подтяжки". Что означал в данном контексте этот сильный, но туманный эпитет, для меня навсегда осталось загадкой.

Устойчивое словосочетание "типичный интеллигент" в зависимости от контекста или интонации может иметь абсолютно разные значения. В одном случае может, допустим, подразумеваться человек, чьи твердые принципы органично сочетаются с терпимостью и уважению по отношению к чужим убеждениям. В другом случае речь вполне может идти о безвольном растрепе, не умеющем вкрутить лампочку.

Один мой знакомый на вопрос, как бы он максимально кратко определил интеллигента, подумал и сказал: "Ну, это, видимо, тот, кто без ошибок пишет слово "интеллигент".

Можно и так. А можно, говоря предельно схематически и ради пущей выразительности сгустив краски, предположить, что интеллигент от неинтеллигента отличается тем, что неинтеллигент в гостях стырит, допустим, ложку, а интеллигент – книжку.

А чтобы не заканчивать столь мрачно, вот цитата: "Я верю в отдельных людей, я вижу спасение в отдельных личностях, разбросанных по России там и сям – интеллигенты они или мужики, - в них сила, хотя их и мало". Это Чехов, один из самых проницательных диагностов загадочной русской души.



Источник: "Грани.ру", 23.04.2008 ,








Рекомендованные материалы



Режим дна…

Я когда-то понял и сформулировал для себя, что из всех типов художественных или литературных деятелей наименьшее мое доверие вызывают два, в каком-то смысле противоположные друг другу. Первые — это те, кто утверждает, будто бы они, условно говоря, пишут (рисуют, лепят, сооружают, играют, поют, снимают) исключительно «для себя». Вторые это те, которые — «для всех».


Блеск и нищета российской дипломатии

Это сущие цветочки по сравнению с прозвучавшими заявлениями о том, что Москве еще предстоит решить историческую проблему и объединить разделенный русский народ. Тот, кто произносил это, или не знал, или не смущался тем, что практически дословно цитирует Гитлера. Другой участник дискуссии вполне всерьез говорил, что России следует задуматься, какую политику проводить на территориях, которые будут присоединены в будущем.