Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

08.10.2007 | Колонка / Общество

Премьер-протезист

Не улыбайтесь ему, не надо

Нет, точно: уныние – грех. Я уж как-то реально приуныл в последние дни, наблюдая за тем, как общественная жизнь страны погружается в мутную мыльную воду суверенной демократии. Окунается в Великую Скуку. Нет, друзья, жизнь не стоит на месте. Она нам подносит. Она предлагает. Она сложная, а главное - необычайно смешная бывает подчас штука.

Новозаведенный премьер Зубков начал всеми правдами и неправдами, вроде как Петр Иванович Бобчинский, всячески стараться привлечь внимание. Премьер же все-таки, не просто же так! А то все – президент да президент! Я, мол, тоже все-таки не просто тут погулять вышел. И ведь получается - вот что особенно ценно.

Как не возликовать человеку, истосковавшемуся по хорошим, позитивным бодрым новостям "с мест", когда он наткнется на такое, например, сообщение: "Законодательное собрание Пензенской области постановило выделить деньги на санацию ротовой полости и зубопротезирование более трех тысяч механизаторов, занятых на работах в сельском хозяйстве".

Казалось бы! Чем плохо! Ротовые полости многих наших граждан, в особенности, почему-то, граждан Пензенской области, давно и насущно нуждаются в соответствующей санации - это же сразу видно, как только вам улыбнется, как своей знакомой, вовсе даже незнакомый встречный паренек. Особенно если этот паренек - механизатор, занятый на работах в сельском хозяйстве. Он же занят! На работах! В сельском хозяйстве! До санации ли ему?

Но за него, слава богу, есть кому подумать. И о нем - есть кому.

Дело было так. Премьер Зубков нанес, как раньше говорили, рабочий визит в Пензенскую область, где и обнаружил комбайнера с железными зубами. Раньше, видимо, он никогда таких чудес не видывал. И тотчас повелел железнозубому селянину поменять отстойное железо на продвинутую керамику. Эту судьбоносную медицинскую консультацию показало телевидение. И понеслось.

Уж не знаю, что повело премьера на стоматологическую тему – то ли собственная фамилия, то ли скромные амбиции, непригодные для решения более масштабных вопросов современности, то ли так, вообще. Но что-то повело, это факт.

Ну, премьер куда-то там приехал. Ну, железные зубы комбайнера. Ерунда, в общем-то. Поговорили бы - и забыли бы. Но ведь телевизор, будь он неладен.

И возбудилось чуткое к веяньям времени Законодательное собрание Пензенской области. И занялось-таки санацией граждан на высоком губернском уровне. Министр здравоохранения и социального развития Пензенской области Владимир Стрючков вот так прямо и заявил: "В перспективе мы сейчас не сможем сразу замахнуться на всех, потому что следующие категории, я думаю, это будут и скотники, и доярки. Мы будем приезжать и в добровольно-принудительном плане санировать сначала, потом лечить и затем зубопротезировать. Я думаю, наверное, вот этот элемент он, наверное, сыграет положительную роль в сохранении здоровья всех сотрудников села".

Этот пассаж про "сотрудников села" самоценен и прекрасен сам по себе, так что как-либо комментировать его – только портить.

Эта история малоинтересна, но как один из симптомов того, во что стремительно преобразуется наша общественная жизнь, где такое вот обсуждается всерьез и на высочайшем уровне, очень даже годится.

Друзья! Если в метро, или на автобусной остановке, или около пивного ларька вам встретится премьер-министр Зубков, не улыбайтесь ему, не надо.



Источник: Грани.ру, 05.10.2007 ,








Рекомендованные материалы



Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.


«У» и «при»

Они присвоили себе чужие победы и достижения. Они присвоили себе космос и победу. Победу — особенно. Причем из всех четырех годов самой страшной войны им пригодились вовсе не первые два ее года, не катастрофическое отступление до Волги, не миллионы пленных, не массовое истребление людей на оккупированных территориях, не Ленинградская блокада, не бомбежки городов. Они взяли себе праздничный салют и знамя над Рейхстагом.