Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

27.09.2006 | Архив "Итогов" / Просто так

Разбор полетов

Как ты там, голубь ты наш сизокрылый?

Теплым майским днем 1988 года, гуляя по центру, я стал свидетелем впечатляющего перформанса. Большая и живописная компания мальчиков и девочек, по облику и поведению - хиппов-"системщиков", выстроившись вдоль парапета Москворецкого моста, выпустила целую эскадрилью бумажных самолетиков, плавно планировавших на Москву-реку. Было красиво.

Так отмечалась годовщина славного события. Ровно за год до того, 28 мая 1987 года, без объявления войны, вероломно нарушив государственную границу Союза

Советских Социалистических Республик, в историческом центре столицы нашей Родины города-героя Москвы с миссией мира и дружбы приземлился спортивный самолет

"Сессна-172", пилотируемый гражданином Федеративной Республики Германии Матиасом Рустом, 19-летним пилотом-любителем из города Веделя, что близ Гамбурга.

Вышло так, что эта враждебно-героическая и провокационно-дружеская акция пришлась по сердцу всем, кроме разве что пары-тройки пламенных, но незадачливых полководцев, выгнанных "за Руста" со своих неплохих должностей. Но ведь их бы и так поперли - раньше, позже. То есть, если бы Руста не было, его надо было бы выдумать.

А его, и правда, как будто бы выдумали. Во всем этом было что-то откровенно сказочное, что-то детгизовское - то ли лягушка-путешественница, то ли Нильс с гусями, то ли миляга-Карлсон с винтом на позвоночнике. Нечто в такой же степени нелепое, в какой и бесконечно обаятельное и почти призрачное, как будто на Васильевский  спуск опустился не самолет, а радужный мыльный пузырь. Или воздушный змей. Или бабочка. Или ангел.

Бедный Веничка до Кремля так и не добрался. Зато, влетев, как беззаконная комета, до него добрался Матиас Руст - привет нам от барона Мюнхгаузена и братьев Гримм.

Невзирая на явное или тайное сочувствие к нему со стороны чуть ли не всех слоев общества (легко представить себе, с каким трудом напускали на себя строгий вид граждане судьи), его все же осудили и дали для порядка четыре года, выпустив втихаря через пару-тройку месяцев. "Летун отпущен на свободу",- с удовольствием цитировали мы, попутно обсуждая проект крылатого памятника на Васильевском  спуске и мечтая об учреждении альтернативного Дня авиации и противовоздушной обороны.

До чего же все-таки славно, что у нас есть такое чудное ПВО! Ведь могли бы и заметить, да и сбить беспечного летуна. Если бы пассажирский "Боинг" в полнеба, это бы мы с дорогой душой - тут насучить не надо, кой-какой опыт имеется. Но дерзкое легкомыслие стрижа, ничего не желающего знать ни о каких визах и границах, сделало его невидимкой. Граница прозрачной не была. Прозрачным оказался ее нарушитель.

Что это было?

Для кого - что. Для одних - "халатность служб противовоздушной обороны", не без удовольствия использованная последним генсеком для чистки в "высших эшелонах советских Вооруженных Сил". Для других - многозначительная примета решительных перемен: ласточка, дескать, с весною в сени к нам летит. Для третьих - чисто артистический жест. Искусство.

Так бы оно и было, если бы этот малый знал о том, что он художник. Но он, похоже, не знал. Он-то думал, что он спортсмен.

А скорее всего ничего не думал вообще. Сел и полетел. Нет, это было не искусство. Это было черт знает что такое - какая-то немыслимая, поражающая воображение и чарующая душу собачья чушь. То есть все-таки искусство.

Акция Руста - это не только "яркая страница" в богатом событиями летчицко-осмонавтском  эпосе, но и резкая травестия жанра, решительное испытание на прочность его границ, совпавших к тому же еще и с границами государственными.

Прошло, оказывается, целых 10 лет, да и каких - не соскучишься. А этот сдуру впорхнувший в нашу форточку и наделавший так много веселого шуму юный немецкий раздолбай все нейдет и нейдет из головы.

Как ты там, голубь ты наш сизокрылый? Слышали, опять собираешься в наши края. Willkommen.



Источник: "Итоги", № 21, 27.05.1997,








Рекомендованные материалы