Это, на мой взгляд, не провальный, а продуманный – концептуальный — фильм. Очень значимый для Альмодовара. В нем он объяснился в любви всему тому, что любит и ценит в кинематографе: дизайну, отдельно – сочетанию ренессансных цветов (красному, синему, желтому), бурным эмоциям и, конечно, страстным женщинам. «Джульетта» — классический Альмодовар.

Московский кинофестиваль – ММКФ – остается странным. С одной стороны, у нас не устают напоминать, будто это фестиваль категории «А» наряду с Каннским и Берлинским. Хотя вообще-то такой категории нет, ее придумали у нас для пиара, а есть принятое в киномире понятие «фестивали универсального содержания с конкурсной программой».

Дебютный фильм 38-летнего венгра Ласло Немеша «Сын Саула», был априори принят как шедевр. Уже потому, что режиссер проработал ассистентом у классика мирового кино Белы Тарра, недавно заявившего об уходе из профессии. В итоге братья Коэны, возглавлявшие каннское жюри, отдали фильму второй по значению приз — Гран-при. А затем фильм завоевал и «Оскар» за лучшую иностранную картину 2015-го. Завоевал не зря.

Что-то все-таки меняется в нашем прокатном королевстве. Сам бы не поверил, если бы лично не подсчитал: документальный фильм «Хичкок/Трюффо» в одной только Москве демонстрируют 24 кинотеатра. Да, некоторые на одном-двух сеансах в день. Но еще недавно такой фильм решились бы показать максимум в двух-трех залах, включая Санкт-Петербург.

После того как «Ханс» все-таки был снят и даже показан в конкурсе Московского кинофестиваля, он заслужил высокие оценки у авторитетных критиков, какие заслуживает мало кто и когда. «Ханса» назвали самым недооцененным фильмом года. Про Миндадзе стали говорить как про главного новатора в современном отечественном кино.

Главный герой Коэнов, однако, не сценарист, а человек позабытой теперь в Голливуде профессии фиксер – тот, кто решает проблемы. Его играет полюбившийся американским режиссерам от Оливера Стоуна до Вуди Аллена Джош Бролин. Коэны оценили его особо – снимают уже в четвертый раз.