Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

12.02.2015 | Нешкольная история

Аты-баты, шли солдаты. Аты-баты – за кордон (часть 2)

Почему наши солдаты служили за границей?

публикация:

Стенгазета


Продолжение

АВТОРЫ: Дарья Гальцова, Софья Караборчева, Илья Новиков – на момент написания работы учащиеся 8-10-х  классов школы с. Новый Курлак, Воронежская область. Научный руководитель Николай Александрович Макаров. 2-я премия  ХIII Всероссийского конкурса исторических исследовательских работ «Человек в истории. Россия – ХХ век», Международный Мемориал

Мы едем, едем, едем в далекие края

Да, мы против войн, но, к сожалению, история часто рассматривается как история именно войн и сражений. История Россия – с самых давних пор – связана с завоеваниями, которыми мы, по идее, должны гордиться. Так «прорубались окна в Европу», а еще раньше в Азию, за Урал и в Сибирь, так расширялись южные границы. Уже тогда русские (или российские) солдаты бывали за границей.

Но это время войн. А вот так, чтобы проходить регулярную военную службу за рубежом, – такое было распространено лишь в ХХ веке.

Хотя один забавный случай из истории наших сел показывает, что российские войска выступали в качестве оккупационных, например, в Польше. До сих пор одна из улочек села Моховое в народе называется «Варшава». Вернее, на местном говоре это превратилось в «Аршаф». А происхождение названия таково. Моховской крестьянин, которого звали Иван Калаев, в конце XIX века проходил военную службу в Варшаве. Вернувшись домой, он не мог нахвалиться, что видел «красивую жизнь», по-настоящему европейскую, говорил о Варшаве днями и ночами. За ним закрепилось прозвище – «Варшавец». Потом он открыл небольшую лавку, где продавал разную снедь. Пойти в его лавку означало пойти к Варшавцу. Вскоре и улицу, где он жил, стали называть Варшавой.

Конечно, официально часть современной Польши, в том числе и Варшава, входила тогда в состав Российской империи, но разве справедливым было препятствовать независимости  этой страны?
Так и в ХХ веке под видом «помощи братским странам» СССР, по существу, насаждал там коммунистические или близкие СССР режимы. Нам было интересно выяснить в беседах со служившими за границей земляками, как они себя там ощущали, как относилось к ним местное население. Но нам было также важно узнать, какой была повседневная жизнь военнослужащего за границей.

Вначале мы составили списки по нашим селам тех, кто служил за границей. Наверное, мы выявили не всех: кто-то об этом предпочитает умалчивать, о ком-то мы просто не узнали.

Для удобства мы составили таблицу:
























































































Новый Курлак



Старый Курлак



Моховое



Итого


Абхазия

1







1


Афганистан

2



3



4



9


Германия (ГДР)

5



7



2



14


Венгрия

2



4





6


Вьетнам



1



1



2


Иран



1





1


Куба



1





1


Монголия

1







1


Польша

1



1





2


Чехословакия

2



1





3


Итого

14



19



7



40



Уже эта таблица может служить неким «зеркалом». Все страны (за исключением Ирана, Афганистана и признанной лишь несколькими странами Абхазии) – из бывшего «социалистического лагеря». Больше всего служило в Восточной Германии, что понятно: именно здесь проходила главная линия «холодной войны».  На втором месте по численности Афганистан, что тоже понятно: там шла по существу не «холодная», а «горячая» война. Наши  земляки были практически во всех странах, затронутых «холодной» войной.

Далеко не все откликнулись на нашу просьбу о беседе, причем причины были самые разные.

В некоторых случаях причиной было то, что данный человек сильно подвержен алкоголю. Чаще всего это так называемые «афганцы».

Другие были очень заняты по работе.
Были и такие, кто, как нам показалось, отказался от интервью из-за того, что боялся: вдруг об этом где-то напечатают или напишут? Они ссылались на то, что им некогда, откладывали разговор на «завтра», которое так и не наступило.

Но и то, что нам рассказали те, с кем удалось побеседовать, произвело на нас очень сильное впечатление.

Вначале мы хотели «разбить» «заграничников» по селам, в которых они сейчас живут, но потом поняли, что гораздо логичнее распределить их по странам, где они служили.

В некоторых случаях указаны имена, в других – только инициалы (так пожелали собеседники).

Дарья Гальцова

Иран

К Ивану Ивановичу Михееву я отправилась по заданию краеведческого кружка накануне 65-летия Победы.

Я немного побаивалась. Но наша беседа завязалась быстро: Иван Иванович долгие годы работал учителем, был директором Старокурлакской школы. Всего я беседовала с ним трижды. Из его рассказов я узнала такие сведения о войне, каких нет в художественных книгах и школьных учебниках.

Иван Иванович родился в селе Верхняя Тишанка нынешнего Таловского района 9 октября 1921 года. Там же окончил ШКМ – школу крестьянской молодежи. Поступил в железнодорожный техникум города Воронежа. Проучился два года, но тут выяснилось, что всех студентов будут забирать в армию.

Это был 1939 год. В то время не хватало учителей, поэтому он отправился на курсы учителей начальных классов. Закончив их в 1940 году, Иван Иванович получил направление на работу учителем истории в село Липовка Бобровского района. Но учительствовать довелось чуть больше месяца: 5 октября 1940 года его призвали в армию.

И. И. Михеев оказался в узбекском городе Термез на самой границе с Афганистаном, служил в стрелковом полку артиллерийской батареи. Был наводчиком. Через три месяца (в январе или феврале 1941 года) в их часть приехал младший лейтенант из Средне-Азиатского военного округа и по приказу отобрал 80 человек в Ашхабадский артиллерийский полк. Это была уже Туркмения.

Так Иван Иванович стал курсантом полковой школы гаубичного полка. Там проучился четыре месяца. Тут и началась Великая Отечественная война.

Часть И. И. Михеева в августе 1941 года в составе других советских войск была введена в Иран.
Меня очень заинтересовал этот факт. Известно, что Советский Союз воевал с Германией и ее союзниками на западном направлении. Но почему были отправлены войска в Иран?

Я просмотрела имеющиеся источники о «неизвестной войне» в Иране. И узнала оттуда, что Иранская операция была совместно спланирована Советским Союзом и Великобританией. Ее кодовое название было «Согласие». Великобритания и СССР стали союзниками во Второй мировой войне. Ввод войск начался 25 августа 1941 года.  Британцы наступали с юга, советские войска – с севера. Иранская армия оказывала вялое сопротивление, а вскоре сложила оружие.

В Википедии говорится:

«8 сентября 1941 г. было подписано соглашение, определявшее расположение союзнических войск на территории Ирана. Соглашение вступило в силу 9 сентября 1941 г.

В 1942 г. суверенитет Ирана был восстановлен, власть перешла к сыну шаха Реза Пехлеви – Мохаммеду. Тем не менее, Советский Союз, опасаясь возможной агрессии со стороны Турции, держал свои войска в северном Иране до мая 1946 г.».

И. И. Михеев попал в город Мешхед, который располагается в 180 км от Ашхабада. Сражений в Иране не было: немцы не решились направить в Иран свои войска. Советские части проводили учения в горах, так как предстояло воевать в горных условиях. Полк Ивана Ивановича назывался 76-й горно-вьючный полк горно-стрелковой дивизии. В качестве транспортного средства в основном использовались лошади, так как именно они и могли пройти по трудным горным дорогам и тропам. Солдат учили в течение одной минуты разобрать пушку, погрузить на лошадей, передислоцироваться на другую точку и затем в течение минуты собрать орудие.

В памяти Ивана Ивановича остались воспоминания о чужой южной стране. Там была очень своеобразная природа: горы, синее небо. Из своей части, располагавшейся на окраине города, он носил пакеты с документами в штаб, находившийся в центре. Посредине главной площади Мешхеда протекал арык – огромный, по ширине как наша речка Курлак. По его краям росли деревья. И везде, даже на окраине, цветы необыкновенной красоты.  Иван Иванович сказал мне, что таких за всю жизнь он больше нигде не видел.

Это приятные воспоминания. Но были  и страшные. Иран был нищей страной. Там мог человек идти по улице и вдруг упасть и умереть от голода.
В начале октября 1941 года советские войска стали постепенно выводить из Ирана. Оставалась небольшая часть, а основные силы уходили на Кавказ, куда уже рвались фашисты. 9 октября у Ивана Ивановича день рожденья, но в тот день он даже не вспомнил о нем, не понял, что стал на год взрослее, что перешагнул порог двадцатилетия.

Через Ашхабад, Красноводск, Каспийское море подошли к фронту. Их часть присоединили к 18-й приморской группе, которая стала называться 18-й  армией.

Бои проходили под городом Туапсе. Они шли в горах, а это не то, что на равнине. Казалось, что каждый камень стреляет. Немцы находились в 12 км от Туапсе. Страшное сражение завязалось за высоту Семашка.

Иван Иванович был корректировщиком огня батареи. В его задачу входило вести с биноклем наблюдение, отмечать на карте огневые точки противника и передавать по рации данные. Артиллеристы вели по его указанию огонь.

Так каждый день, каждую ночь – более года. После взятия Туапсе часть перебросили к высоте Аргинка. Иван Иванович видел много убитых и раненых, как немецких, так и советских.

А 30 января 1943 года рядом с ним разорвалась мина. Он был сильно контужен. Потерял сознание и долгое время лежал на морозе. В горах было очень холодно, –25о, хотя внизу шел дождь. Пока его нашли, он обморозил ноги. Очнулся в деревне, лежащим на полу в соломе. Ног не чувствовал, думал, что их оторвало миной.

Для Ивана Ивановича фронтовой путь был закончен. Он лечился в нескольких госпиталях. Он помнит, как на Кубани встречали санитарный поезд местные жители. Сами голодные, они несли последнее раненым. 5 августа 1943 года Иван Иванович был окончательно выписан. На левой ноге ему отрезали все пальцы, на правой – один. К военной службе он стал не годен.

После возвращения с фронта И. И. Михеев работал в школе, с 1953 по 1976 год – бессменно в Старом Курлаке. У него учились мои дедушки и папа.

Дарья Гальцова

Венгрия

В октябре 1956 года в Венгрии произошло народное восстание, направленное против коммунистического режима. Оно стало одним из важнейших событий во времена «холодной» войны. Советские войска участвовали в подавлении этого восстания.

Мне удалось найти земляка, который служил в Венгрии вскоре после этой «заварушки», как он сказал. Виктора Митрофановича Грошева призвали на военную службу 28 сентября 1958 года. Срок службы тогда был трехгодичный, но его отпустили позже – 25 февраля 1962 года. Задержка связана тоже с «холодной» войной. Тогда, видимо, уже шла подготовка к операции на Кубе по транспортировке ядерного оружия. Солдат специально придерживали в частях, думали, что понадобятся дополнительные войска.
В Венгрии в 1958 году всё было уже тихо и мирно. Только следы от пуль на зданиях напоминали о восстании. Солдат не выпускали за ворота КПП, округу они видели только из кузова машин, когда их возили на учения.

С местным населением они не общались, потому что не позволяли. Лишь один раз ему довелось работать в котельной, и там он увидел, как ему показалось, мадьяра (венгра), но потом выяснилось, что это русский, оставшийся в Венгрии сразу после войны. Он получил ранение, его спасла венгерская женщина, на которой он и женился.

Виктору Митрофановичу во время службы пришлось съездить в Советский Союз. Один из солдат совершил самострел (прострелил себе руку). Видно, и тогда служить было не таким уж и легким делом. Его  надо было переправить в Минск в дисбат (дисциплинарный батальон). Вот В. М. Грошева и определили в сопровождающие. Ехал и офицер, конечно. Но на вокзале в Минске тот солдат сбежал. Офицер сильно горевал: теперь их самих могли осудить. С горя он купил водки и напился, налил и Виктору Митрофановичу. Он тогда первый раз попробовал, что такое водка. На их счастье, солдат вернулся сам, да еще принес бутылку водки.

Виктор Митрофанович сказал, что ему хотелось служить за границей, но во время службы он ее, по сути, не увидел.

Дарья Гальцова, Софья Караборчева

Чехословакия

Советские войска были введены в Чехословакию в ночь на 21 августа 1968 года. Тогда руководство СССР испугалось, что проводившиеся в ЧССР демократические преобразования могут повредить «делу социализма». ЧССР входила в социалистический лагерь, являлась членом Восточного военного блока, но после Второй мировой войны советские военные не располагались на ее территории. События 1968 года вошли в историю под названием «Пражская весна». Политическое руководство не отказывалось от социализма, но оно хотело строить «социализм с человеческим лицом». Это лозунг ставил под сомнение социализм в СССР – то есть он оказывался не с человеческим лицом.

В итоге в Чехословакии была отменена цензура, введена настоящая свобода слова, что очень не понравилось в СССР.
В августе Чехословакия была оккупирована войсками стран Варшавского договора (СССР, ГДР, Польша, Венгрия, Болгария), но самый большой по численности была, естественно, группировка советских войск.

«Пражская весна» была подавлена военной силой. Боевых действий не велось, так как армия ЧССР не оказывала сопротивления, но случались столкновения с мирными жителями. Ведь посягнули на их свободу. Они шли навстречу танкам, бросали в них подручные предметы. Поэтому были жертвы. В Википедии мы нашли информацию, что всего за месяц со стороны местного населения погибло 108 человек. Тот же источник указывает, что со стороны СССР было 84 погибших по разным причинам. В интернете можно даже найти список этих погибших советских военнослужащих в алфавитном порядке.

Но в этом списке нет нашего земляка П., хотя его могила на старокурлакском кладбище является веским доказательством. Да и живы еще многие из тех, кто его помнит. Он был не рядовым, а прапорщиком. После «командировки в Чехословакию» он собирался жениться на местной девушке, даже купил ей на заработанные за «операцию» деньги свадебное белое платье, но домой его привезли в цинковом гробу. Сейчас те, кого мы спрашивали, ссылаются на то, что уже забыли подробности причины гибели П., да их не сообщали даже родственникам, утверждали, что якобы он разбился в Чехословакии на мотоцикле «Ява».

Нам жаль своего земляка, мечтавшего о мирной семейной жизни, но нас не оставляет мысль о том, что погиб он в чужой стране, участвуя в операции по подавлению свободы.

В ЧССР был оставлен контингент советских войск, который назывался ЦГВ (Центральная группа войск). Окончательно все советские войска были выведены из Чехословакии лишь в июне 1991 года. Мы нашли тех, кому довелось там служить, но, к сожалению, нам так и не удалось встретиться ни с одним из них. А потом мы случайно узнали, что наша учительница технологии Т. Н. Малахова – жена офицера, проходившего там службу. Татьяна Николаевна любезно согласилась с нами побеседовать, и этот разговор позволил нам взглянуть на пребывание советских войск за границей с необычной стороны. Ведь жена офицера не была ограничена воинскими уставами, она могла наблюдать жизнь не только из-за высоких стен и от ворот КПП.

Т. Н. Малахова попала в Чехословакию в 1974 году. Ее муж только что окончил с красным дипломом военное училище в Тамбове, и его как отличника учебы поощрили службой за границей.
Значит, сделали мы вывод, служить в СССР было гораздо хуже. Это подтвердила и Татьяна Николаевна. Она сказала, что почувствовала перемену сразу, как только они пересекли на поезде границу. Как-то на глазах стало чище, даже поля выглядели непривычно – аккуратно и ровно.

В служебные дела мужа Татьяна Николаевна никогда не вмешивалась, ее задачей было ведение домашнего хозяйства.

Они жили в городе Чешка Чшебова, причем квартиру им выделили в доме, населенном в основном местными жителями. Ее тут же вызвала на собеседование старшая по дому и предъявила определенные требования, которые надо было неукоснительно соблюдать. Во-первых, мусорные баки были для совершенно разных видов отходов, так что отходы необходимо было перед выбрасыванием тщательно сортировать. Во-вторых, нельзя было вывешивать сушить выстиранное белье на балкон. В-третьих, запрещалось готовить борщ из квашеной капусты: чехи считали, что запах от такого борща портит весь подъезд. Татьяну Николаевну всё это, конечно, поразило, но она неукоснительно следовала правилам. Еще больше ее удивило то, что электрический  свет в подъезде включался и выключался автоматически.

Очень сильно ощущалось, что к русским в Чехословакии относились как к непрошенным гостям. Это чувствовалось и в магазинах, и, например, в парикмахерских. Однако люди уживаются везде, главное, самому быть хорошим человеком и вести себя соответственно. Татьяна Николаевна вспомнила и о случаях искренней помощи со стороны чешских соседей.

А магазины поначалу просто оглушили ее своим изобилием после пустых прилавков в СССР.

В СССР завидовали «иностранцам», постоянно делали разные заказы, забывая, что зарплата советского офицера была не слишком большой, тем более что работал только муж Татьяны Николаевны. Вот и приходилось идти в уцененный магазин. Но в СССР товары оттуда шли за высший сорт.

Все-таки как-то удавалось собирать потихоньку деньги. За четыре года в Чехословакии семья Малаховых приобрела красивый ковер, чайные сервизы, чешский хрусталь, который очень ценился. Всё это сохранилось до сих пор. По словам Татьяны Николаевны, они вернулись в СССР «богатыми и знаменитыми».
Женам офицеров разрешалось свободно ходить по городу, однако существовало негласное указание «не шататься». Досуг «русские» семьи обычно проводили вместе: ходили на ближайшее озеро загорать, собирали в лесу грибы.

Все панически боялись границы, ее пересечения. Советским гражданам разрешалось провезти с собой и обменять в банке ограниченную сумму денег (30 рублей), но «неофициально» можно было обменять и больше, поэтому везли все, но старались надежнее спрятать. Татьяна Николаевна сказала, что однажды она так запрятала перед границей 25 рублей (достаточно крупная сумма по тому времени), что так и не смогла потом найти.

Вообще, уезжать из Чехословакии обратно в СССР не хотелось. Там у Малаховых родился сын, причем в чешской больнице.

Татьяне Николаевне навсегда запомнились чешские кнедлики с печеночной подливой и необычайно вкусные сардельки. Единственное, по чему скучали, – по черному хлебу (в Чехословакии был распространен белый) и щам из квашеной капусты. В отпуске они с мужем набрасывались на эти продукты и ели их в течение целого месяца.

Сейчас в Чехии всё еще стоят и постепенно разрушаются разные объекты советских военных частей. Они напоминают о годах «холодной войны» и «железного занавеса».

Окончание следут









Рекомендованные материалы


Стенгазета

В лесу родилась елочка… и не только. Часть 3

В каждой советской семье в кладовке или на верхней полке шкафа имелась заветная коробка или почтовый посылочный ящик, в котором хранились обернутые в куски газеты стеклянные игрушки, игрушки из ваты, картона. На верхушку водружали красную звезду, под елку клали вату, изображавшую снег, и ставили Деда Мороза и Снегурочку

Стенгазета

В лесу родилась елочка… и не только. Часть 2

Плату за обучение в старших классах школы и вузах ввели еще в октябре 1940 года. В столичных школах плата составила 200 рублей, в провинциальных – 150, в столичных вузах – 400 рублей. Учитывая, что в крестьянских семьях воспитывалось 6–7 детей в среднем, в рабочих 3–4 ребенка, за всех платить было невозможно. Отменили плату за обучение только в 1956 году.