Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

30.10.2014 | Нешкольная история

Если тебе комсомолец имя

Курлакский комсомол от рассвета до заката

публикация:

Стенгазета


АВТОРЫ: Николай Веретин, Дарья Гальцова, Софья Караборчева, Виктор Мещеряков, Виктория Пятецкая, Александр Пятецкий - ученики  9-10-х классов школы п. Новый Курлак, Воронежская область. Научный руководитель Николай Александрович Макаров. 2-я премия XV Всероссийского конкурса исторических исследовательских работ «Человек в истории. Россия – ХХ век», Международный Мемориал

Что знают нынешние школьники о комсомоле?

Ответим сразу: практически ничего. Мы провели блиц-опрос среди учеников нашей школы. Вопрос был один: «Что такое комсомол?» Результат получился такой: 81% всех опрошенных сказал коротко - «не знаю».

Были такие варианты ответов: «объединение 60–70-х годов», «ученики, которые всем помогали», «молодые люди при СССР», «ученики, которые строго выполняли предписанные им поручения», «дети, работающие в колхозе», «молодежная организация», «комсомол был в те времена, когда были пионеры и декабристы», «молодежь того времени», «объединение партии», «коммунизм», «человек, который был при Ленине», «молодежная организация, в которую принимали постепенно». А один мальчик сказал, что комсомол – это разновидность птицы.

Честно сказать, и мы недалеко ушли в знаниях о комсомоле от остальных школьников. И мы взялись за работу. На примере истории нашей местной комсомольской организации мы хотели посмотреть, что это было на самом деле – комсомол.

Постепенно мы погружались в исследование советского прошлого, потому что комсомол являлся неотъемлемой частью советской системы. Но выводы будут в конце работы. А пока нам предстоит воссоздать историю курлакского комсомола – от рассвета до заката.

Рассвет (20-е)

21 сентября 1924 года – такова дата образования комсомольской ячейки в Новом Курлаке. В рукописной книге «История села Новый Курлак» об организационном собрании говорится очень пафосно: «23 заявления от юных курлаковцев легли на стол секретаря партийной ячейки Дмитрия Павловича Комлевского. В них было написано: “Заявление в Новокурлакскую ячейку Российского Ленинского Коммунистического Союза Молодежи. Прошу зачислить меня в члены, так как я – пролетарского происхождения. Цель моего вступления в ячейку – получить политическое воспитание, защищать интересы пролетариата и строить новую коммунистическую жизнь!” Комсомольцы, выполняя данные в заявлениях обещания, включились в строительство новой жизни. Они активно участвовали в кружках художественной самодеятельности, распространяли книги, журналы среди односельчан. Своими силами юные курлаковцы оборудовали спортивную площадку, здесь проводились военно-спортивные соревнования, победителям выдавалась премия. Настоящую войну повели комсомольцы против религии. Они организовали струнно-духовой оркестр и в каждый религиозный праздник, когда народ шел в церковь, устраивали концерты на паперти и крыльце бывшей церковно-приходской школы. Звуки, которые выводили музыканты, заглушали звон колоколов. Комсомольцы сочиняли частушки про попа и церковь и пели их под балалайку со сцены.
Комсомольцы выдумывали разные акции и мероприятия, порой очень нелепые. Например, когда в Новом Курлаке появились тракторы, они устроили «похороны сохи». Под траурные мелодии оркестра на сельскую площадь вынесли «покойницу» и положили перед заранее выкопанной ямой.

Комсомольцы произносили жаркие речи о светлом будущем, о том, что надо поскорее кончать со всем старым и отжившим, что очень близок час, когда землю будут пахать только «железные кони». А потом закопали бедолагу. Но вечером того же дня ее снова вытащили на белый свет – в то время без сохи было просто не обойтись. Кстати, сохой пользуются на селе и до сих пор.

Комсомольцы вводили в обиход новые, советские обряды. В Новом Курлаке были сыграны две комсомольские свадьбы. В 1925 году комсомольским браком сочетались Кретинин Василий и Волкова Мария. Через три года «красная» свадьба была у Егора Борзакова и Анны Сурковой. Торжество проходило в клубе. На сцене был поставлен стол, покрытый кумачом. Там сидел президиум, руководил всем уполномоченный от партийной ячейки Сергей Михайлович Козявкин, учитель местной ШКМ (школы крестьянской молодежи). В своем докладе он сказал, что теперь по-новому будет создаваться советская семья, не с попами и венчанием, а вот так, в клубе, в присутствии всех желающих посмотреть и поздравить молодых. Присутствовало, конечно, почти всё село. Молодых отвозили домой на паре школьных лошадей. Дуги были убраны разноцветными лентами.

Однако таких свадеб было всего две, а остальные продолжали венчаться в церкви, пока она еще существовала (до 1937 года).

Зенит (30-60-е)

Историю курлакского комсомола, начиная с 30-х годов, мы смогли проследить не только по документам, но и со слов наших респондентов. Мы считаем, что в 30–60-е годы ХХ века комсомол находился в зените, это были уже не малочисленные ячейки при сельсоветах. Комсомол стал обязательным почти для всех юношей и девушек, достигших 14 лет. По крайней мере, школьники были комсомольцами почти поголовно, а в школы тогда ходили практически все дети.

Именно в этот период комсомол получил свои награды от государства (первый орден комсомолу дали в 1928 г., последний – в 1968 г.). Мы обратили внимание на то, что половина орденов вручалась в юбилейные годы (1928, 1948, 1968).

Мы хотели посмотреть, что делали комсомольцы в наших селах, когда в столице вручались все эти ордена.

В мае началась наша серия встреч с разными людьми.
Мы задавали респондентам одни и те же стандартные вопросы, которые утвердили заранее.

Вот они:

  1. Какую роль сыграл в Вашей жизни комсомол?

  2. Какие наиболее яркие моменты Вам запомнились из комсомольской поры?

  3. Вы верили в приход коммунизма?

  4. Что такое комсомольские взносы и куда они поступали?

  5. Как Вы считаете, нужна ли сейчас такая организация, как комсомол?


А вот ответы получились совсем не стандартными. Часто стандартный вопрос уводил собеседника далеко «в сторону», но мы были этому только рады. А некоторым собеседникам бесполезно было задавать вопросы, их надо было просто слушать.

Интервью с Марией Андреевной Фроловой (20.06.2013)

Мария Андреевна родилась в 1921 году, так что она была комсомолкой 30-х годов. Она окончила нашу школу, а потом стала учителем географии. Участвовала в Великой Отечественной войне. Долгое время занимала должность завуча. Сейчас она, конечно, на заслуженном отдыхе.

Удивительно, но наша собеседница не так уж и много сказала о роли, которую сыграл в ее жизни комсомол. Конечно, она отметила: «Комсомол – это надо. Он все же проводил большую организационную работу, очень важную. Какая-то ответственность была. У меня с тех пор хранится комсомольский билет. Комсомол – это было почетное звание, он давал нам самостоятельность».

Помолчав и вздохнув, Мария Андреевна продолжила: «Я всё же вот что скажу – много ошибок тогда совершено было. Преступлений, словом, против народа. Вот дедушку у меня расстреляли. У него была мельница-ветрянка, стояла, как на Бродовое ехать. Купил он ее. А у нас было четверо детей, отец с матерью, и они двое с бабушкой еще прибавились. Нам давали твердые задания, потому что у нас были лошадь и корова. Мы считались тоже состоятельными. Корову отобрали. Лошадь отобрали. Куры были – отобрали. В погребе капусту в кадушке, огурцы – всё отобрали. Картошку, которую вырастили и выкопали, – всю забрали. Ничего не оставалось совершенно. И в 37-м году дедушку моего забрали. Пришли ночью с активистами. И его забрали неизвестно куда. После мы ни одного слова о нем не слышали.
А потом, когда уже не стало Сталина, в архив пошла моя дочь Тамара, и там ей дали все документы. Оказывается, его 15 декабря взяли из дома, а 25 января расстреляли. Под Воронежем. Ему было 56 лет. Расстреляли совершенно ни за что. Потом дали документы, по которым его обвиняли. Там такое написано, что он этих и слов не знал. Он был неграмотным».

Странно было после этого страшного рассказа слушать, как Мария Андреевна с восторгом вспоминала, как они начинали собрания с комсомольской песни, как маршировали, верили в коммунизм и превозносили Сталина.

О вере в приход коммунизма Мария Андреевна сказала: «Конечно, мы верили, когда в комсомоле были. Потом многое поняли – поняли, что коммунизмом тут и не пахнет. Я и сейчас многому не верю». 

Интервью с Иваном Митрофановичем Попковым (18.05.2013)

Иван Митрофанович Попков относится уже к поколению комсомольцев конца 40-х – начала 50-х годов. Он родился в 1930 году и, как многие дети военных лет, не окончил школу: надо было помогать родителям, вернее, матери (отец был на фронте), по хозяйству. После пятого класса он больше не ходил учиться, так что в школьной комсомольской организации не состоял. Тем не менее, он был комсомольцем.

В комсомол он вступил при МТС. Мы, кстати, сначала не поняли, что это такое,  а оказалось, что это машинно-тракторная станция. Иван Митрофанович работал трактористом.

Его принимал в комсомольцы представитель Садовского райкома. Когда мы спросили, зачем же он вступил в эту организацию, он сказал: «А знаете, для чего? Агитировали. Всех старались туда принять. Меня потом и в партию сагитировали. Всех принимали подряд. А не пойдешь – житья не дадут. Могли кого-то для острастки не принять, давали исправительный срок, месяц или сколько. А он еще хуже становился».

По выражению Ивана Митрофановича, все его подшефные комсомольцы были «101-й километр», то есть те, кому запрещалось после отсидки в тюрьме жить ближе, чем за 100 километров от крупных городов. «Я их каждый день по кустам разыскивал. Им удобно было: из магазина – и прямо в кусты. Как-то мне мать одного такого комсомольца, говорит: “Ты что же не глядишь?” – “А что такое?” – “96 рублей у него получка, а он принес 20”. Я говорю: “Так он должен в магазине”.
А в магазине в долг давали, он месяц гуляет в этой сирени-то. А потом долг отнес, а что осталось – матери. А комсомольской организации до этого и дела не было».

Мы поинтересовались, были ли все-таки в Курлаке активные комсомольцы. Иван Митрофанович отреагировал так: «А это те, кто в колхозе не хотел работать. Они все крутились возле клуба. Всегда на глазах у начальства были. Как какое собрание, придешь – а они уж там, в президиуме сидят».

Иван Митрофанович без особого восторга говорил о комсомоле. Чувствовалось, что никакого следа в его жизни он не оставил.

Интервью с Валерием Петровичем Матвиенко (14.06.2013)

Валерий Петрович – уроженец Нового Курлака, он комсомолец уже 60-х годов (родился в 1946 году). Раньше работал у нас в школе учителем технологии. Комсомольцем был активным.

Самым интересным моментом комсомольской поры он считает то, что их класс откликнулся на призыв партии: «Сельская молодежь, возвращайся в колхоз!» Тогда молодые люди (Валерий Петрович окончил школу в 1964 году) старалась всеми силами уехать на жительство в город. А эти ребята решили (или им подсказали): поступить в такие учебные заведения, чтобы потом пригодиться в родном селе.

В школу, по его словам, приезжал корреспондент из областной молодежной газеты, написал о них статью на целый разворот. Директор школы, как сказал Валерий Петрович, «расхвалился везде» об инициативе комсомольцев, и их повсюду чествовали, говорили, что они молодцы. Потом их всем классом возили в Воронеж на слет передовиков ученических бригад. И там тоже чествовали.

Валерий Петрович добавил, что всё это была немного показушная акция, но они тогда восприняли ее серьезно, верили в лозунг: «Партия сказала: надо! Комсомол ответил: есть!»

Интервью с Ниной Ивановной Желнинской (17.06.2013)

Нина Ивановна Желнинская – еще одна бывшая комсомолка, выпускница нашей школы. Нине Ивановне запомнился день приема в комсомол: «Ну, тогда жизнь-то какая была? Дали нам из дома по 50 копеек: в Анну все-таки едем. Ну, мы и пошли туда. А мороженого-то хочется, вот и потратили эти деньги. И оттуда пешком пришлось – за автобус уже платить нечем. Вот мы идем-идем, сядем на снег, в сугроб (нас зимой принимали) и свои комсомольские билеты разглядываем – у кого там фотография лучше получилась.

На вопрос о необходимости сейчас подобной организации наша собеседница отреагировала категорично:
«Может, какая-то организация и нужна, но только не комсомол. Может, вы сами организуете что-то свое. А комсомол – это уж очень. Там очень строгая линия была – и придерживайся ее. Свое мнение не терпелось. Будь, как все. А если ты не такой – то загнобят. И ведь никому же не хотелось ходить на эти собрания, удирали с них, кто мог. Но были и такие, кто подлизывался, и с комсомола начиная, они лавировали и дальше наверх шли. Они только “да” всегда говорили. А комсомольский энтузиазм – может, и был. По рассказам. Сама я не встречала».

Интервью с Татьяной Николаевной Малаховой (13.06.2013)

Татьяну Николаевну мы знаем давно, она ведь работает учителем в нашей школе. И училась она тут же (окончила школу в 1971 году). Мы беседовали с ней, конечно, о комсомоле и обо всем том, что с ним связано.

Когда принимали в комсомол, даже вот этот момент связан с трудностями, рассказывает Татьяна Николаевна: «Этот вот устав надо было знать. Книжонка была, и ее надо было учить наизусть. И всех политических деятелей без ошибок называть. Вопросов задавали много. Но зато когда я ответила на все вопросы (а там сидели три или четыре человека, не помню), мне пожали руку. И обратно я на крыльях летела, чтоб родителям рассказать. Да меня же похвалили! Боже! Вопросы, на которые я отвечала, точно не припомню, там что-то про ордена, за что орденом Ленина комсомол наградили, что-то о политбюро – кто там занимает какую должность. Что меня еще напрягало, так это, что надо было изучать разные материалы партийных съездов. Как только что там проходило, то заставляли учить и конспектировать. Но принимали обычно всех. Я что-то не знаю, кто был среди наших одноклассников не комсомольцем».

То есть самым действительно наивысшим моментом для комсомольцев был сам факт вступления в ряды организации, а все остальное было рутиной.
На наш вопрос, сыграл все-таки комсомол в ее жизни хоть какую-то важную роль, Татьяна Николаевна припомнила: «Да, когда я загранпаспорт оформляла. И там была графа – комсомолец ты или нет. Надо обязательно быть комсомольцем, иначе бы не выпустили». 

Закат (70-е – 1991)

В годы, которые в истории СССР называют эпохой застоя (то есть во время правления Брежнева), комсомол стал настолько массовым, что почти никому после четырнадцати лет не удавалось миновать его. Ни о каком почетном звании комсомольца речь уже не шла.

В наших интервью мы много раз убеждались в этом. Ученики школ вступали в комсомол только потому, что так было положено, иначе станешь белой вороной. А если кто-то сам не хотел становиться комсомольцем, то его затягивали в организацию любыми способами. Комсомолу как организации отдельные комсомольцы были практически не нужны, они были лишь «массой» и «базой роста». Аппаратчиков (комсомольских чиновников) волновали в первую очередь собственная карьера, слеты и отчетно-выборные собрания, которые проводились по обкатанному шаблону.

Закат курлакского комсомола, как мы увидели, происходил примерно так же, как и повсюду в СССР. Мы решили проследить за ним по нашим традиционным вопросам.

Какую роль сыграл в Вашей жизни комсомол?

 

Комсомольцы времени «заката» отвечали нам по-разному. Были те, кто без него не мыслил жизни, и те, кто относился к нему равнодушно; встречались и противники комсомола.

Начать хотелось с самых близких нам людей − родителей, с которыми мы провели доверительную беседу дома, когда никто не мешал.

Мама Даши Гальцовой сказала, что ей особенно запомнилась пионерская жизнь. Она ей казалась насыщенной и интересной, у нее даже грамота есть из района. Ей нравились пионерские сборы, линейки, множество мероприятий и, конечно, красный галстук на груди. Мама считала себя хорошей и достойной пионеркой и мечтала поскорее стать комсомолкой.

А вот комсомольская-то юность у нее как раз не задалась.
Маму выбрали комсоргом класса. Надо было проводить комсомольские собрания, писать протоколы, собирать взносы. Это было далеко не интересно. Собрания были долгие и скучные. Взносы одноклассники вовремя не сдавали, бывало, что мама сама платила за всех.

А вот Дашин папа сказал, что ему, наоборот, больше нравился комсомол, чем пионерия. Объяснил он это интересно: во время комсомола надо было носить значок, а не галстук. Значок прицепил раз – и носи до стирки формы. А галстук надо было чуть ли не каждый день гладить и повязывать. Правда, на комсомольских собраниях ему всегда хотелось спать, он всяческими способами старался их пропустить.

Соня Карабочева разговаривала со своей мамой, поэтому естественно, что вначале она смотрела на комсомол ее глазами. А ее мама была активной комсомолкой и с гордостью носила комсомольский значок, не прятала его, как некоторые. Вместе со своей подругой собирала сведения о ветеранах Великой Отечественной войны, то есть, по сути, была таким же краеведом, как и Соня теперь. За эту работу ее наградили путевкой в санаторий. Каждому из нас хочется быть похожим на маму. Вот и Соня после беседы с мамой подумала: «Если бы представилась такая возможность, я бы с радостью вступила в комсомол». Правда, это было в самом начале нашего исследования, сейчас она уже заколебалась, потому что узнала много других фактов о комсомоле.

Родители Виктории и Александра Пятецких тоже очень положительно отозвались о комсомоле, они считают, что это была полезная организация. Мама добавила, что если бы она существовала сейчас, то молодежь была бы занята делом, а не пила и не курила бы за углом. А папа, оказывается, даже был комсоргом.

Мама Виктора Мещерякова сказала, что, конечно, в юности жилось весело, но вовсе не из-за комсомола. Комсомол был «бесплатным приложением». Хотя не совсем «бесплатным»: взносы-то платили! У Витиной мамы сохранился комсомольский билет, и мы  подсчитали, что за девять лет и три месяца ее пребывания в комсомоле она выплатила 44 рубля 58 копеек. В комсомоле ей досталась должность организационного сектора. Она, как выяснилось, ничего не организовывала, а просто придумывала темы для комсомольских собраний, а потом записывала всё это в специальные протоколы.

Родители Николая Веретина в один голос заявили, что для них не существовало большой разницы, есть комсомол или нет.
Но папа однажды отличился по комсомольской линии. В 1989 году его наградили специальной комсомольской грамотой за то, что он выполнил план посева зерновых на 146% и занял второе место среди всех трактористов района. Эта грамота до сих пор хранится в доме бабушки. А Витин папа пожимает плечами: он набирал эти проценты тогда не из-за грамоты, а чтобы подзаработать денег.

Это мнения наших родителей о роли комсомола в их жизни. Мы оставим их, пожалуй, без особых комментариев, а то мало ли – могут и обидеться. Но ведь именно в то время, когда они были комсомольцами, комсомол двигался к закату.

Мы отметили, что, в отличие от старшего поколения, комсомольцы 70–80-х годов уже почти не верили в приход коммунизма, причем, чем моложе респондент, тем меньше он верил. Видимо, пропаганда уже работала слабее: «Нет, в 80-е годы уже никто не верил. Да и сами коммунисты тоже. Они потом все в “Единую Россию” перебежали. У нас вот Авдеев Василий Иванович тоже коммунистом был, а потом что-то в этой самой “Единой” оказался. Перестроился» (из интервью с В. В. Денисовым).

А курлакский комсомол, как и везде в СССР, закончил свое существование в 1991 году. И это было, как нам кажется, закономерно.

Так что же такое комсомол и надо ли в него вступать?

Нам кажется: мы всё-таки поняли, что такое комсомол. Мы можем, конечно, ошибаться, но это просто организация государственного уровня, которая хотела сделать всех равными, но ограниченными. Большинство из тех, с кем мы беседовали, говорили, что это была, в принципе, не нужная для простых людей организация. Были и такие, кто утверждал, что очень даже нужная.

Мы много прочитали о комсомоле, но к определенному мнению так и не пришли. Комсомольцы (не все, конечно) искренне верили, что они могут горы свернуть. И с открытой душой ехали на стройки, терпели разные неудобства, думая, что приближаются к коммунизму.

С другой стороны, комсомол создавался как придаток коммунистической партии. То есть комсомольцы должны были способствовать тому, чтобы все любили и уважали советскую власть. Но разве можно насильно заставить любить и уважать?

Нас поразило отношение комсомольцев к церкви. Чем она мешала? Мы поняли, в конце концов, что религия была соперником, который мог бы помешать влиять на народ.

Имеем ли мы право судить историю прошлого, когда живы те, для кого это самые лучшие годы? Но одно мы скажем точно: если бы комсомол кто-то решил возродить, то мы бы в него не вступили.

Печатается с сокращениями









Рекомендованные материалы


Стенгазета

Ударим всеобучем по врагу! Часть 1

Приезжим помогала не только школьная администрация, но и учащиеся: собирали теплые вещи, обувь, школьные принадлежности, книги. Но, судя по протоколам педсоветов, отношение между местными и эвакуированными школьниками не всегда было безоблачным.

Стенгазета

И выстоит народ в житейской буре… Часть 2

Когда создавались колхозы, муж и жена Щемелинины, бывшие сибирские партизаны, тоже не остались в стороне и стали активными строителями колхозного строя. Сергея Григорьевича Щемелинина в 1926 году восстановили в большевистской партии, и он стал первым председателем колхоза.