Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

22.11.2006 | Телевидение

Блеск и нищета большого пиара

Новая версия хорошо известного -- для нынешнего телевидения в этом главный секрет успеха

Вначале был проект. И проект казался очень хорош. «Первый канал» приобретает права на материал фильма «Тихий Дон», снятого именитым советским режиссером Сергеем Бондарчуком, и тем самым активирует сразу несколько козырных сегодня мотивов. Бренд масштабного романа, получившего «нобелевку», при этом романа с почти детективной историей, в связи с юбилеем Шолохова недавно хорошо размятой в СМИ, где активно обсуждалось, кто же все-таки его автор... Бренд Сергея Бондарчука, автора фильма «Война и мир» -- фильма, получившего «Оскара», что еще важнее, имевшего международный прокат и успех и даже вошедшего в Книгу рекордов Гиннесса (из-за размеров массовки), -- и вообще маститого кинорежиссера тех времен, поминать которые в народе сегодня принято добрым словом. Новая версия хорошо известного -- для нынешнего телевидения в этом главный секрет успеха. К тому же можно подключить еще и преемственность -- фильм доделывает сын режиссера, сам по себе хорошо раскрученный бренд. Сын -- за отца, воскрешающий из небытия последний его замысел, торжество исторической памяти, слава донского казачества, возвращение «нашего» добра, захапанного злыми и «жуликоватыми» иностранцами, -- все это позитивные сегодня, и, казалось бы, гарантирующие успех составляющие. В общем, намерения -- добрые.

Были, правда, и явные ухабы, существование которых либо сознательно проигнорировали, либо попросту не заметили.

Можно себе представить, в условиях какого стресса снимал Сергей Бондарчук свой «Тихий Дон» -- его, полного генерала, в одночасье разжаловали практически в рядовые... Не только свои братья-кинематографисты, возбудившиеся от вольного ветра грядущих реформ, не помня никаких заслуг, вычеркнули из всех списков и со всех многочисленных должностей Союза кинематографистов, но и государственные структуры (вроде Гостелерадио и Госкино), сами затрещав по всем швам, не оказали никакого уважения. Пришлось связаться с новичками-итальянцами, от которых неизвестно чего было ждать... И как оказалось, добра ждать было нечего: жесткие условия съемок, давление продюсера, по условиям контракта (подписанного самим же неопытным в юридической казуистике режиссером) получившего все права, иностранные сценаристы, художники, операторы, которые лучше русского режиссера знают, что и как нужно делать... К тому же необходимость снимать одновременно и фильм, и сериал -- что никогда не красит... Пленки -- дефицит, массовки -- дефицит, деньги кончаются, звезды капризничают, на главную роль назначен красавец, но, как выясняется, совершенно не стесняющийся своей ориентации гей (а в СССР, хочу напомнить, еще недавно за это сажали)... Идет настоящая ломка устоев, полное искажение картины мира, а режиссеру при этом и лет уже немало, и на карту поставлено слишком многое... Можно себе представить, что начнется на родине, если фильм не будет иметь успеха на Западе... Короче, груз ответственности и амбиций давил невероятно. Успех был нужен как никогда.

Что было дальше -- известно. Проблемы с продюсером, остановка работы, смерть Сергея Бондарчука, арест материалов фильма из-за банкротства компании, попытки их вернуть...

Хорошо, вернули. Но вот дальше все могло бы развернуться по другому сценарию. Например, не верю, что, посмотрев материал, никто из причастных к работе над фильмом не смог оценить его уровень. Можно было бы, например, оставить фильм эскизом, наброском, сделать вид, что работа не завершена... Превратить снятое в иллюстрации к роману, придумав специальную форму подачи для того, что не попало на пленку. Но это было бы не круто. Большого пиара на этом не построишь, слишком тонко, не для прайм-тайма...

Скорее всего, решили: цвет откорректируем, пейзажи подснимем, на русский дублируем, актеры на озвучке доиграют, и смотреть будут. Что потом скажут? А кого это волнует?

Но сериал «Тихий Дон» ругали все -- критики (их можно не принимать в расчет), и профессиональная общественность, и простые зрители, и казаки вообще, и потомки Шолохова в частности...

Конечно, очевидна поддельность фактуры, в глаза бросается «самоварная» опереточность исполнения, рассчитанного на телевизионную иностранную публику. Да, разобраться в том, кто с кем и зачем воюет и в чем вообще дело, почти невозможно. Совсем досадная ошибка произошла с озвучиванием. Такой лубок и озвучивать надо было условно, без всяких этнографических «гутарить», на том самом безлично-гладком языке, на котором и снималось -- обратным переводом с английского. Но все эти недостатки сегодня легко бы простили и внимание бы обратили только критики... Публика же и не такое проглатывала.

Однако случилось что-то еще... Оказалось, что, во-первых, в народной памяти жив фильм Сергея Герасимова, который сегодня, когда проблемы белых и красных перестали быть актуальными, прочно занял место советской саги о большой страсти. Во-вторых, хотя роман «Тихий Дон» уже много лет никто не читает, но миф о его величии, месте в русской литературе ХХ века, универсальности и проникновенности -- живее всех живых.

Сотни персонажей, которых невозможно запомнить, почти канцелярские справки о передвижениях войск, прямые цитаты-заимствования из Толстого, непоследовательность в оценках одного и того же события, отсутствие мотивации в поведении центральных героев, неумение выделить главное среди обилия подробностей -- все эти недостатки романа никого как бы не интересуют. Так же как и очевидная современность его материала -- в модной сегодня документальной стилистике дотошно фиксирующего состояние вечно смутного русского мира, бессмысленного и беспощадного к себе и другим, не ценящего не то что чужое добро -- собственную жизнь, вечно готового к поту и крови, не умеющего беречь счастье и покой, гонимого по безудержной инерции, мира без веры и без устоев, признающего лишь право сильного, старшинство беспредела, главенство инстинкта над разумом... А именно таким описан мир в романе Шолохова, если его читать внимательно и опускать немногие идеологически выдержанные в советском духе сентенции...

Но суть дела никого не интересовала, ни производящих, ни критикующих. Столкнулись два мифа.

Один заключался в представлении о том, что шум больше продукта, что вещь, о которой есть что рассказать, уже не нуждается в предъявлении.

Второй -- в том, что есть наше великое прошлое, и оно всяко лучше вашего фигового будущего. Этот миф давнее, живучее и тем не менее нуждается в постоянном подтверждении. Вот он и вынес обсуждение продукта «Первого канала» на столь высокий градус. Потому что до этого пиар-волны катились поверх голов его адептов, рассчитывая скорее на новую публику -- не столько в возрастном смысле, сколько по степени интересов. Смотрите, говорили публике рекламные ролики, мы можем все: красиво, быстро, эффектно, мы не бедные и не жадные, мы торопимся жить, мы превратим в праздник все, к чему мы прикоснемся...

Не тут то было, ответили им те, кто в глубине души давно лелеял недоверие, но не получал на руки подтверждений. Не получается. Наши -- краше. Наш прежний Григорий -- григористее и Аксинья -- аксинистее. А ваши -- на казаков не похожи и вообще ни на что. Не будем смотреть, не нравится... И чего вы тут про великого режиссера и его великого сына... Сами все испортили, вместе с вашими иностранцами...

Так девятый вал эмоций столкнулся с девятым валом большого пиара... А судно «Тихого Дона» попало между двумя валами и затонуло.



Источник: "Время новостей", 20.11.2006,








Рекомендованные материалы



Ленин с чертами Навального

Творческий союз Эрнста, Хабенского, операторов Сергея Трофимова и Улумбека Хамраева, работавших вместе над фильмами про Ночной и Дневной Дозоры, склоняет к мысли, что фигура Троцкого — которого называли демоном русской революции, злым ее гением, красавца и златоуста, гипнотирующе действовавшего на людские массы — будет предъявлена в зловеще-романтическом ракурсе.


В чем ценность «Пусть говорят»

Это то самое предложение, которое на сто процентов определяет спрос. Будь программа чуть умней или тоньше, или этичней, она бы немедленно потеряла часть аудитории. Секрет ее популярности именно в точном расчете как в выборе темы, так и в выборе гостей, и в том, каким образом и в какой последовательности предъявляется информация. Ну не информация, конечно, а то что ее заменяет.