ПРОСТО ТАК КОЛОНКИ ЖИЗНЬ ИСКУССТВО РАЗГОВОРЫ PRE-PRINT СПЕЦПРОЕКТЫ СТУДИЯ ФОТОГАЛЕРЕЯ ИГРЫ

    О ТОМ, ЧТО ПРОИСХОДИТ WWW.STENGAZETA.NET СЕГОДНЯ 18 ЯНВАРЯ 2017 года

Pre-print

Мозаика малых дел — 14

Путевые заметки

Текст: Леонид Гиршович

О моя юность! О моя ревность!

Ровно пятьдесят лет назад, год в год, я узнал, что «крепка яко смерть любы, жестока яко ад ревность: крила ея, крила огня и углие огненно пламы ея». Кристина Кюкерстэн. Живет, между прочим, недалеко от Любы — обманутая жизнью, скрипкой, мною. Ни мужа, ни детей. В Оркестре де Пари проигравшая всё до последнего сантима... Как же надо ненавидеть себя, свое еврейство, чтобы в сорок шестом, в поствишистской Тулузе, назвать дочь Кристиной, уплыть с ней на корабле в Советский Союз, потом, все еще уповая на светлое будущее, переползти в родную Варшаву и в шестьдесят восьмом году быть выброшенными оттуда пинком под зад. Мы стояли на Киевском вокзале, Ханка Стржалковска, скрипачка с нашего курса, была в темных очках, чтоб скрыть слезы. Ни у меня, ни у Кристины очков не было. Мы обнялись в последний раз.

-- Кристиан-Роз...

Тогда, в Москве, я ужасно ее ревновал. Потом наступил ее черед.

Я сформулировал себе в утешение: «Ревность это зависть высшей формы бытия к низшей, Бога — к человеку, человека — к зверю. Неудивительно, что «на стадии человека» ревность носит половой характер». Когда я задавался вопросом, чем отличается женская ревность от мужской, то уходил от ответа, говоря себе: тем же, чем женский оргазм отличается от мужского — я же говорю, уходил от ответа.

Небо еще не погасло окончательно. В его драгоценном окладе, исчезающем на глазах, икона всея Руси, к которой приходят поклониться и на ее фоне сделать сэлфи. Если не знать этого, то кажется, ты на представлении японского театра, где актеры позируют друг перед другом в причудливых позах.

Натянутое на Спасскую башню «изделие номер два», внутри которого регулярно извергаются куранты, надоумило меня, что мужчина ревнует к тайному оргазму с другим, а женщина к явному увлечению другой, пусть даже без взаимности. «А когда шито-крыто, то как в уборную сходил» — по словам одной дамы, годившейся мне в матери. Если мужчины соперничают сексуально, то женщины соперничают социально. Ревность Эриды куда сильней ревности Геры. Царица Олимпа, хоть и устраивала сцены Зевсу, который «ни одной не пропустит», а все же была бы разочарована в нем, будь это не так.

На «Немцовом мосту», куда я, собственно, шел, столпотворение цветов. (Себе, пуристу: возможен же вальс цветов, почему тогда невозможно их столпотворение, которое тоже танец, если смотреть «остраненно»? Да и как по-иному, когда сторон две — какую считать внутренней? «Остраненный взгляд», вопреки формалистам, есть взгляд на происходящее изнутри: не знаешь, ни к чему все ведет, ни чем все закончится.)

Я поражен открывшимся зрелищем. Знал, что увижу цветы на месте трагедии, но столпотворение цветов! Будто три дня беспрерывно шел снег и каждая снежинка, упав, превращалась в цветок. Весь парапет до середины моста под тридцатисантиметровым настом цветов, большей частью роз. Нечто подобное я видел в Варшаве после убийства отца Попелушко. Место живо: одни уходят, другие приходят. Стихийно возникший мемориал — недолговечный, но живой. Сколько дней уже прошло с тех пор, как Сусанночку разбудил телефонный звонок: «Мама, Немцова убили».

Собираясь вернуться по Мясницкой, я вышел к Большому из-за спины Маркса. Кручу головой в поисках известного учреждения — нету. Подсветка не полагается. А я нуждаюсь в ориентирах. Спрашивать дорогу не хочется, в Москве этим занимается каждый второй. Высока вероятность того, что повторится диалог, подслушанный — на сей раз не мною, Шейнкером — на Невском: «А не подскажете, где Невский?» — «Я не в курсе».

В конце концов, я смирил гордыню.

-- Простите, Лубянка, — показываю рукой, — туда или туда?

-- Вам улица Лубянка или площадь?

-- Площадь.

-- Да вон же, это там, где «Детский мир» стоит.

 

*

Не пошел в «Тень». Выяснилось, что затейливая тень на доме в виде слова была названием театра. Мне советовали, но у меня сложности с расставлением кавычек. К тому же устал от впечатлений, хочу на дачу, благо позвали. Переведу дух, просмотрю свои каракули. Я пишу «в режиме онлайн». (Подбросил себе иностранное слово («online»), как подбрасывают украденную вещь.)

Доехав до станции метро Строгино (ударение как в «казино»), сажусь в автобус «Москва — Звенигород» и еду в Мозжинку. Там дружелюбным лаем встретит меня Никанор — виляя хвостом, он объяснит, почему «Махно» или «Хитрово» не надо склонять, а Козино или Бородино надо.

Прелесть «круглогодичной дачи», особый ее уют выражаются в субординации мест, местностей, наименований. Сельцо с его барственными обитателями — малый организм. Въезд в эту коллективную усадьбу преграждает шлагбаум. Под боком уездный город — в случае чего он как городовой. А в сорока минутах езды — ежели без пробок, коих число неуклонно сокращается отнюдь не по причине дорожного строительства — Москва белокаменная, краснозвездная, златоглавая.

-- Мозжинка.

-- Что? Ах, спасибо, — говорю я кондукторше, вздрагивая и отрясая с себя сон.

Утро помещика. Солнечно-оснеженным полем до завтрака с черным псом по кличке Никанор. Здравствуй, гостья-зима — в разгар еще чуть-чуть и летних дней. Всю ночь валил снег, просто снег, не из цветов. Накануне — перед тем как вечером были гости — сгоняли в уездный супермаркет что-нибудь купить. В монастырской лавке продается хлеб собственной выпечки. Он мне за те годы, что я здесь бываю, не в новинку. Хорош ли он? В любом случае это хлеб, а не то, чем торгует моя марийка.

Никанор то и дело вступает в нелицеприятные отношения с собратьями. Сворка поминутно натягивается.

-- Сидеть! Сидеть, я сказал!.. — Мне Шейнкер объясняет: — Он вырос на улице и усвоил: перед людьми заискивай, с собаками дерись. Когда он к нам прибился, собачница одна сказала: «Какой-то хнявый он у вас». А сейчас ничего, только невоспитанный.

Пока мы выгуливали пса, я узнаю то, что знает любой дворовый мальчик. Фантазировавший о грядущей унификации пола, сочинявший сексуальные антиутопии, я и не подозревал, что у самок семейства псовых, проще говоря, сук, течка раз — два раза в год. И длится она три недели. И что дщерь Евы в этом отношении разительно отличается от меньших своих сестер.

Воистину: как коммунизм есть советская власть плюс электрификация всей страны, так невежество есть творчество минус талант. Вот почему невеждой я никогда не буду — вывод неожиданный, но утешительный.

Зато предмет, обсуждавшийся вчера за ужином, был мне знаком. Отсюда и выводы, весьма неутешительные. Недавно Натаньягу призвал граждан Дании и Франции воспользоваться «законом о возвращении», при условии, что он на них распространяется — надеюсь, я выразился политкорректно, поскольку еврей, согласно последним изысканиям, это не национальность, а профессия... пардон, вероисповедание. Наряду с Данией и Францией страною, проживание в которой небезопасно для вышеуказанной категории граждан, сочтена нэнька Украина. Притом что ее сосед слева — если плыть по течению Днепра — представляется надежным оплотом всех антифашистских сил и страною, где так вольно еще никогда не дышал гражданин, в свою очередь тоже подпадающий под действие «закона о возвращении». Тем не менее словно какое-то поветрие охватило этих граждан. Значительная часть их озаботилась получением израильского гражданства без того, чтобы реально им воспользоваться. До поры до времени. У одного из гостей знакомые, выражаясь по-старинному, «в подаче», у другого — дети знакомых, у третьего — вся семья, включая его самого, а племянник с женой даже побывал в какой-то «таинственной комнате», когда они летали в Израиль. Прочие из тех, кто был за столом, тоже слыхали про «таинственную комнату», не то чтоб все желали в ней оказаться — важен сам факт обсуждения. А от нежелания до желания один шаг.

А что я скажу?

Я знаю точно, чего я не скажу. Не так давно еще кривились: «Израиль? Фи». Теперь Израиль свой в доску, это как минимум всероссийская здравница. Но речь же не об Израиле — о России. Сорок лет назад Голда Меир подала в суд на некоего Наврозова (не путать с Невзоровым), проживавшего тогда в США. Личность незаурядная, в своих писаниях сочетавший параноидальность с артистизмом, Лев Наврозов опубликовал как исторический факт известный слух, циркулировавший среди советских евреев еще в 50-е гг., я от отца об этом тоже слышал — а именно: Голда Меир в бытность свою послом Израиля в СССР передала Сталину списки евреев, желавших репатриироваться в Израиль. На основании этих списков были произведены массовые аресты. Голда, к тому времени частное лицо, судилась с Навзоровым, и вроде бы это ничем хорошим для него не кончилось: не судись с бессмертными богами, вспомни греческую мифологию.

Мне трудно себе представить, чтобы армия дармоедов — я выбрал слово помягче — не составила список тех, кто на всякий пожарный разжился израильским гражданством (между прочим, те, кто в начале девяностых точно так же, на всякий пожарный, его приобрели, но потом против ожидания преуспели на чиновничьем поприще, — всеми силами старались от него впоследствии избавиться). Увы, увы! Я вижу опасность пожара, но я не понимаю, чем в случае возгорания поможет второе гражданство — израильское или любое другое? Гражданин России, в земле российской сущий, не является иностранцем, какой бы коллекцией иностранных паспортов он ни располагал, и вступиться за него ни одна из стран, выдавших этот паспорт, не сможет. С другой стороны, весьма спорно, что устройство на новом месте обладателю паспорта двухгодичной давности дастся легче, чем новичку.

Но совершенно бесспорно, что даже если органы власти до поры до времени закрывают глаза на незадекларированное второе гражданство, завтра они по какой-то причине сочтут целесообразным приподнять веки, и тогда за неоплаченный штраф набегут пени, равные стоимости твоей квартиры. Трудно ставить себя на место других, запаниковавших, ни в чем более не уверенных. Все же я бы не стал брать израильское гражданство и при этом оставаться в стране, которая может выкинуть все, что угодно.

Олег Д., когда я спросил, что он об этом думает, согласился со мной, но напомнил: для нееврейской части семьи обзаведение израильскими паспортами в последний момент может быть проблематичным — раз. А два — это способ открыть в Израиле счет. О первом я не подумал. Что до банковского счета, Израиль давно уже не то место, где у вас купят пса, не потребовав родословной.

http://turzoom.ru






А ЧТО ДУМАЕТЕ ВЫ?

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Current day month ye@r *



версия для печати...

Читать Леонид Гиршович через RSS

Читать Pre-print через RSS


опубликовано у нас 5 Октября 2015 года
ДРУГИЕ СТАТЬИ РУБРИКИ:

НАЧАЛО ПИСЬМА КОМАНДА АВТОРЫ О ПРОЕКТЕ
ПОИСК:      
Сайт делали aanabar и dinadina, при участии OSTENGRUPPE
Техническое сопровождение проекта — AZ-webstudio
Все защищены (с) 2005 года и по настоящее время, а перепечатывать можно только с позволения авторов!
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru